А вы должны быть дебилами, чтобы на это клюнуть. Но присяжные не клюнут.
Стив сказал извиняющимся тоном:
— Никто не говорит, что мы клюнули. Мы просто разговариваем.
Маккэнн даже не пытался скрыть торжества. Он больше не сомневался: все наши карты выложены на стол, и он выстоял.
— Как вы думаете, что произойдет, если в отделе узнают, что вы просто разговаривали со мной? Что почти обвинили меня, основываясь на нескольких перепихонах?
— Да ладно тебе, — Стив почти умолял, — ты же свидетель. Мы должны были с тобой поговорить, сам знаешь.
— Я не свидетель.
— Ты знал потерпевшую. Ты спал с ней. Мы не могли просто…
— Если вы хорошо попросите и не будете лезть в мой брак, то я забуду все, что здесь произошло.
— Мы не станем рассказывать твоей жене про Ашлин. Клянусь.
— Хороший выбор. — Маккэнн потянулся, выгнул спину. — Мы закончили?
Стив неуверенно оглянулся на меня.
— Нет, — твердо сказала я. — Если уж мы здесь, давайте выясним все до конца.
— Еще пять минут? — попросил Стив.
— Клянусь богом, это не займет больше пяти минут.
Маккэнн рассмеялся и развел руками.
— Хотите попытаться еще разок? Валяйте.
— Спасибо, — смиренно сказал Стив. — Да мы и не…
— Хочу спросить тебя о том, что происходило в голове Ашлин.
Маккэнн фыркнул:
— Опять эта психологическая мутота, Конвей. Ну честное слово, пора бы уже из этого вырасти. Рори Феллон слетел с катушек. А все остальное, о чем там Ашлин думала, — не твоя проблема. Это уже неважно.
— Возможно, ты прав, но все же сделай одолжение.
Маккэнн испустил мученический вздох.
— Несколько минут назад ты сказал, что если человек желает заманить кого-то в постель и говорит ему про любовь, то его слова — хрень и чепуха. Тут ведь можно взглянуть и с другой стороны, верно?
— Верно. Только Ашлин не пыталась заманить меня в постель.
— Ты прогнал ее через нашу систему в самом начале ваших отношений. Потому что хотел узнать, а нет ли у нее умысла. Так?
— Так. Вот только на нее ничего нет.
— Именно. И этого оказалось достаточно, чтобы ты расслабился? Ты никогда не прокручивал подозрения снова? Такая девушка и с таким, как ты, — и ты искренне верил, что тут все чисто?
— Может, и верил, — сказал Стив. — Гормоны. Ударили в голову.
— Да нет, он прокручивал. Постоянно. Ненавидел себя за это, пытался перестать, правда, Маккэнн? Но не мог. Знаешь, что я думаю? Я думаю, в глубине души он знал…
Маккэнн оскалился.
