Передо мной стоял немолодой уже мужчина, слишком долго — несколько дней — торчавший на холоде и чего-то себе навоображавший.
Наконец он сделал шаг. Открыв дверь, обернулся, я ждала каких-то слов, но он лишь кивнул и ушел в ночь. Я стояла в дверях и следила, как он идет вверх по улице. Шляпа его валялась под уличным фонарем, подергиваемая поднимающимся ветром. Он нагнулся — скованно, словно у него болела спина, поднял шляпу, отряхнул и двинулся дальше, из круга света, за угол. Он так и не оглянулся.
Я подождала пять минут.
Потом еще пять, чтобы убедиться, что он ушел. Руки у меня ходили ходуном — промерзла до костей, да и мышцы свело, потому что очень старалась не направить пистолет ему в спину. Уверившись, что он не вернется, я убрала оружие в кобуру и позвонила Стиву.
Ответил он сразу.
— Как ты?
— Изумительно. Ты где?
— За углом. В пабе… как его… не помню название. Решил, что на всякий случай, да я знаю, ты и сама… Он еще у тебя? Или?…
Он спрашивал, не нужно ли убрать труп из моей квартиры.
— Ушел. Можешь зайти?
— Конечно, — сказал торопливо Стив. Теперь этот дурачок думает, что я начну рыдать у него на плече. — Буду через пять минут.
Он прискакал через три, волоча за собой размотавшийся шарф.
— Иисусе! Да спокойнее ты, — сказала я, открыв дверь. — Нет никакого пожара.
— Ты в порядке?
— Я же сказала, в порядке. Ты что, не допил свое пиво?
— Ну да. Я же думал…
Рыжие волосы дыбом — олицетворение спешки.
— Ты сраный истерик. Хочешь выпить, для успокоения?
— Да.
Спасибо.
Я направилась к стойке.
— Виски подойдет?
— Да. Прекрасно.
Стив стоял между кухней и гостиной и озирал помещение, чтобы не смотреть на меня. Сказал, обращаясь к кухонному окну:
— Я его видел. Его лицо.
— Ага. Я тоже.
Стив явно ожидал совсем других слов.
— Лед?
— Да. Пожалуйста."
"Он смотрел, как я достаю стаканы и разливаю напитки. Мои руки были тверды как камень.
— Ты с ним… В смысле, ты его еще увидишь?
Я протянула стакан.
— Вряд ли. Я сказала ему, что если увижу — пристрелю.
Стив хихикнул, громко и испуганно. Я вдруг поняла, как это прозвучало, и тоже рассмеялась.
— Иисус проклятый и благословенный, — проговорил Стив, отсмеявшись. — Похоже, все пошло не совсем так, как он запланировал.
Я снова рассмеялась.
— Бедный сукин сын. Знаешь, мне почти его жалко.
— Серьезно?
— Нет. Надеюсь, он обделался.
Мы уже не могли смеяться. Только держаться за стены. Я вытерла глаза, прикончила свой виски и налила еще.
