Люди вокруг начинают переглядываться, хихикать, а вскоре и вовсе во дворе эхом начинает разноситься звонкий смех.
– Где она? – я перехожу на крик.
Все они, как по команде, поднимают руки и показывают пальцем в мою сторону. Я опускаю взгляд и вижу изуродованное тело Анжелы прямо перед собой. Трава, залитая кровью, кажется в темноте черной.
Я села в кровати, проснувшись от собственного крика. Схватилась руками за голову и провела ладонями по лицу. На лбу была испарина. Спустя пару минут в дверь тихонько постучали, и я услышала:
– Все в порядке?
Я сглотнула ком в горле, силясь ответить, но выдавила из себя только какое-то подобие писка.
Джокер приоткрыл дверь и заглянул в комнату. На нем был светлый джемпер и брюки. Неужели он так быстро успел одеться, чтобы добежать сюда?
– Который час? – догадалась спросить я.
– Половина восьмого.
Мне казалось, будто с момента, когда я, наконец, уснула, прошло минут пятнадцать. Возможно, так оно и было.
– Дурной сон, – отмахнулась я.
Он подошел ближе.
– Ты нормально себя чувствуешь?
– А что, хреново выгляжу?
– Лоб мокрый.
– Он приложил руку. – И горячий.
– Все нормально, правда, – заверила я. – Просто бессонная ночь и страшный сон.
Взгляд его упал на тумбочку, где до сих пор лежал кулон в форме стрелы.
– Не видел раньше у тебя такого, – спокойно произнес он.
Выглядело это настолько естественно и непринужденно, что я почувствовала накатывающую на меня ярость.
– Нашла на улице.
– Вещица настолько тебе приглянулась, что ты решила хранить ее поближе, прямо на прикроватной тумбочке?
Он что, мне не верит? Или пытается задеть, прекрасно зная, как она у меня появилась?
– Вовсе нет.
Более того, я про нее и думать забыла. Просто Кузьмич вчера подарил мне новогодний подарок. Я не стала дожидаться праздника и нашла в свертке занятную книгу. О рунах.
Сделав акцент на последнем слове, я замолчала, внимательно наблюдая за Бергманом. Он был невероятно красив, черт подери! Будто внешность его была создана таким образом специально – чтобы отвлекать от истинной сущности.
– М-м-м, руна воина, – произнес Максимильян таким тоном, будто мысль только что посетила его голову. – Думаешь, это знак?
– А ты что думаешь? – предпочла я ответить вопросом на вопрос.
– Предпочитаю верить, что враг повергнут.
– Все-таки Вадим – Черный Колдун?
– Девушке решать.
– А если я решу, что это не случайность? Вадим выжил и послал мне эту руну в качестве намека?
– Не замечал в нем поэтических наклонностей. Поэт у нас один.
