«Знать бы только, действительно ли он – Поэт, а Вадим – Черный Колдун. И если так, то кто из оставшихся двоих моя истинная любовь, Воин, а кто – Климент, обреченный на предательство Девушки?»
– Не замечала, – с опозданием ответила я. – Скорее наоборот.
– Максимильян Эдмундович, к вам посетитель, – услышали мы голос Лионеллы из-за двери.
«Так рано», – подумала я и нахмурилась.
– Поспи, Димка раньше десяти не проснется.
Я действительно быстро заснула. На этот раз обошлось без сновидений. Либо, пробудившись, я не смогла их вспомнить.
Впрочем, до встречи с Бергманом я вообще не помнила свои сны.
Когда я открыла глаза, на улице было уже светло. Приняв душ, я спустилась в столовую. Поэт и Джокер пили кофе. Вскоре дверь в кухню бесшумно распахнулась и Лионелла вынесла завтрак. Максимильян к еде не притронулся. Скорее всего, успел позавтракать раньше. Он, в отличие от Димки, не имел привычки подолгу спать.
Впрочем, как оказалось, Поэт ночью времени даром не терял.
– Навел справки по поводу совпадения отчеств двух соседок.
Вера Петровна Басаева – единственный ребенок в семье. Так что никаких старших сестер у нее нет. У Антонины Петровны тоже уже никого – только сын с семьей.
– Ты сказал «уже»…
– Была сестра, Мария, но она умерла.
– Старшая?
– Нет, младше почти на восемь лет.
– Когда это случилось?
– В середине пятидесятых, кажется. Но Мария Матвеева совершенно точно мертва. Это не как исчезнувшая без следа мать Лили, которая внезапно может оказаться кем-нибудь из соседок.
– Кем же?
– Ну, по возрасту подходит Ольга, мама Ксюши, например.
– И какой резон ей прятаться столько лет, бросать дочь?
– Времена такие были, спасала свою жизнь как могла.
– А теперь ее старшая дочь живет с ней в соседнем подъезде и не подозревает, что мать жива-здорова? Ну нет, слишком много совпадений на один квадратный метр.
Я действительно отказывалась в это верить. Однако невольно начала примерять роль матери Лили и на Ольхову, хоть та и была моложе, и даже на Тимофееву, что было совсем уж абсурдно.
Убедившись, что мы с Поэтом закончили завтракать, что было весьма любезно со стороны Джокера, он заговорил:
– Итак, вскрытие подтвердило, что Тимофеева скончалась от потери крови. На ее теле около десятка ножевых ранений. Некоторые из них совершенно не опасные для жизни, но весьма болезненные, другие наоборот – глубокие и четкие."
"– Их наносили двое? – предположила я.
– Похоже на одну руку, просто разное усилие.
– Или намерение.
