Там темно было…
— А голос?
— Нормальный.
— Низкий, высокий? Может, с хрипотцой? Или он заикался?
— Нет, самый обычный.
«Ерунда какая…»
— Что было дальше?
— Дальше он потребовал, чтобы я передал письмо. Я отказался, но он… — Телохранитель поежился от воспоминания о шиле.
— Понятно. О чем он еще говорил, что просил?
— Больше ничего, — соврал Петруха. Подставляться под своих приятелей он не хотел. Друзья-однополчане — это вам не начальство.
— Ладно, иди. Напиши подробный рапорт.
— Я уже написал!
— Еще напиши!
— Я четыре раза написал!
— Пятый напиши! Хоть десять! Иди!
Скоро выяснилось, что знак перехода на дороге никто не устанавливал, потому что перехода в этом месте никогда не было, уличные веб-камеры вблизи отсутствовали, а ту единственную, которая могла захватить место происшествия, накануне разбили камнем какие-то случайные хулиганы.
Свидетелей наезда не нашлось, потому что к переходу выходили только слепые, без окон, стены. В салоне машины никакой посторонней грязи или чужих волосков не обнаружилось.
Шило исчезло. Кровь оказалась без генетических отклонений, но свиной. Конверт был самым дешевым, продающимся во всех киосках «Роспечати». Бумага обычной, из супермаркета, такую каждый день покупают тысячи людей. Повторный опрос пострадавшего телохранителя ничего не дал. Равно как и новый фоторобот. Все возможные ниточки оборва-лись.
И это было очень странно. Потому что после любого преступления что-то, да остается. Хоть какие-то следы. А здесь — ничего! Стерильная чистота! Официально дело спустили на тормозах, переквалифицировав его почти в анекдот: какой-то ненормальный прыгнул под колеса джипа охранника, а потом напал на него, угрожая шилом, лишь для того, чтобы передать «Первому» пустой конверт.
Чушь!.. И каких только придурков не рождает земля наша!
Такая облегченная версия устраивала всех, иначе что докладывать «Первому»? Что говорить о письме? И как оправдываться, что результатов нет? Нет, тут лучше не высовываться. Непосредственной угрозы жизни и здоровью «Объекта» происшествие не несло.
Ну и ладно… Все развели руками. Даже те, кто держал руки по швам. Потенциальный «висяк» передали из ведомства ФСО в ФСБ. Пусть они там над этим ребусом головы ломают. Потерпевшего телохранителя отстранили от работы, переведя на казарменное положение.
— Зачем на казарменное? — удивился Директор.
— Затем, чтобы он всегда был под рукой и мог опознать нападавшего.
— Опознать? А где вы его возьмете?
— Не мы.
