Чужаков было по меньшей мере восемь. С бейсбольными битами, кастетами, дубинками, они набросились на громил разом и уже повалили их на землю. Охранники Анвара считались тертыми калачами, но нападение произошло внезапно, слишком внезапно, и казалось совершенно невозможным на фоне обычно боязливого отношения к бандитам.
Но эти размышления если и пролетели в голове Анвара, то мельком. Гораздо больше драгдилера интересовала безопасность его собственной персоны и наличных. С ублюдками можно разобраться позднее. Анвар видел, что напали не подростки — взрослые мужики остервенело избивали бандитов, сознательно нанося удары в самые уязвимые места.
Даже не избивали — убивали, и в их лицах читаюсь четкая решимость довести дело до конца.
Анвар развернулся, собираясь прыгнуть за руль «Ауди», но чья-то рука плотно обхватила его колени, и драгдилер рухнул на землю. Мгновенно перевернулся… и даже успел увидеть, как блеснул входящий ему под ребра клинок.
— Курия, — прошептал нескладный.
* * *Москва, Новоарбатский мост,
20 сентября, суббота, 01:30.
Место встречи определил Кортес, и Глеб не стал спорить: в самом центре моста, соединяющего Новый Арбат и Кутузовский. Наемники прибывают со стороны «Украины», Сухоруков из центра, двое против одного, никого более и никакой магии. Количество страхующих помощников не оговаривалось, но на мосту должны быть только три человека. Глеба это вполне устроило, и ровно в половине второго ночи трое мужчин остановились над темными водами Москвы-реки.
— В первую очередь, господа, я хочу извиниться за несдержанность Чио.
— Сухоруков не поздоровался, но разговор начал легко и свободно, так, словно продолжал недавно прерванную беседу. — Поверьте, в мои планы не входило ссориться с вами.
— Уверен, что вы говорите искренне, — спокойно ответил Кортес, не замечая мелких капель дождя. — Но я с пониманием отнесся к ее действиям: девушка пыталась предотвратить утечку информации.
— Как бы там ни было, — улыбнулся Глеб, — ее импровизация не удалась, и мне приходится встречаться с вами.
— Не могу сказать, что нас расстроило такое развитие событий.
Сухоруков весело рассмеялся:
— Мне нравится, как вы держитесь, Кортес. Надеюсь, мы сможем договориться.
— Давайте попробуем.
— Давайте!
— Но прежде я бы хотел отдать дань сентиментальности: Иван еще жив? — спросил Кортес.
— Увы, — развел руками Глеб, — вынужден вас огорчить.
— Жаль, — помолчав, произнес наемник. — Он был хорошим челом.
— Хорошие люди не склонны к предательству.
