Возникает, конечно, вопрос о степени искренности этих влечений со стороны молодых людей. Не были ли они простым притворством, желанием угодить этой женщине ради ее денег, ради того, чтобы она зарегистрировала брак. Возможен и такой вариант. Кто-то из них поначалу притворялся, а потом втянулся — причем и сам не заметил как.
Черный Эрот силен. Короче, все возможно. А подробности надо спрашивать у них. Повторяю: вы знаете этих людей лучше, чем я. Вам и карты в руки. Судите о них сами.
Они уезжали из «Гнезда кукушки» снова втроем и в полном молчании. Каждый думал о том, что услышал, и как оказалось впоследствии, мысли их во многом совпадали.
По дороге Сидоров решил заехать в отдел.
— Обождите минут десять, — распорядился он. — Мне звонок надо один выдать, насчет…
— Если будешь звонить в Москву, пусть они уточнят сегодня же: как сложилась судьба того детского дома, — сказал Кравченко. — И все-таки, кому же Майя Тихоновна отвозила деньги в тот дачный поселок? Знаешь, Шура, нам самим, наверное, придется домой махнуть и узнавать это уже через…
— Так вас помощник прокурора и выпустил! — хмыкнул Сидоров.
— Держи карман шире. Нет, братцы, все вы у Пастухова под колпаком. И думать не смейте втихаря отсюда смываться. Вчера вечером он все начальство убеждал, что дело это будет раскрыто в ближайшие дни — дескать, все уже для него ясно-понятно. Только вот кому лавры по раскрытию достанутся — не уточнил.
"
"«А ты, Шурик, воображаешь, что все лавры одному тебе достанутся, — ядовито подумал Мещерский, глядя вслед поспешавшему к отделу оперу. — Чужими руками да жар загребать, нашими с Вадькой руками… Жулик несчастный! Впрочем, в домашней обстановке этот фрукт гораздо симпатичнее смотрится, чем в своем милицейском официозе. С Натальей-то этой у них роман… Она на него влияет благотворно. При ней у него даже рожа не такая самодовольная. Да, женщина хорошая — умница, нежная, правильная женщина.
С такой даже этому разгильдяю придется измениться к лучшему. А если еще и ребенок появится… Ребенок…» Он неотрывно смотрел на серый растрескавшийся асфальт за стеклом «Жигулей», покрывавший площадку-плац перед облупленным зданием ОВД.
Сквозь щели в асфальте кое-где пробивались пучки травы.
Осень словно и не коснулась их своим дыханием — травинки были зелены и свежи и подрагивали на ветру.
