А чего ждут?
— Шура, ну а если он и точно в доме, где же он может быть? В квартире забаррикадировался? Маловероятно это."
"— В двух квартирах хозяева на звонки не отвечают. На первом и на третьем этажах, — отвечал опер. — Техничка говорит, вроде один в больнице, другой в отъезде, но.
— Что-то вообще не похоже, чтобы в этом вот доме, — Шипов кивнул на этот полный ожидания людской муравейник, — скрывался маньяк с топором. Атмосфера тут какая-то несерьезная. Вы, Вадим, говорили, этот убийца из психушки сбежал, я думал, он дикий, в лесу где-нибудь, а тут…
— Свидетели его опознали железно, — Сидоров сплюнул в песочницу.
— Их в отдел увезли допрашивать. Жаль, не успел я с ними потолковать. Тут два бомжа в подвале обосновались. Встают раньше всех в доме, в четыре утра, на помойку торопятся бутылки у конкурентов перехватить.
Они его вроде и видели: говорят, вошел этот мужик в третий подъезд.
— Что, прямо с окровавленным топором? — хмыкнул Кравченко.
— Топор они не разглядели, на этом типе макинтош был или плащ-палатка военного образца.
Так эти ханурики показывают.
— Они небось не протрезвели еще со вчерашнего. От-. куда у Пустовалова может взяться такая вещь?
— Один из отсутствующих жильцов, хозяин тридцать четвертой квартиры, военный. — Сидоров не отрываясь смотрел на окна третьего этажа. — Майор, в военкомате работает. Вот в чем штука-то.
— А что о нем в жэке говорят?
— Говорят, вроде они всей семьей в деревню уехали, но никто не видел, как и когда. Может, и уехали, а может…
— Ты что, серьезно думаешь, Пустовалов в этой квартире? Порешил всех и…
— В мусоропроводе он, видишь ли, не застрял, не видно его там, — огрызнулся опер.
— А больше и спрятаться этой заразе негде. Либо бомжи ошиблись и он никуда не входил, либо.., он в одной из квартир, и скорей всего…
— Нет, этот мирный веселый дом действительно не похож на прибежище убийцы, — Кравченко покачал головой. — Тут у вас, Шура, водевиль прямо какой-то разыгрывается. Ей-богу.
— Сейчас он тебе покажет водевиль, — Сидоров приподнял свитер и дотронулся до кобуры.
Толпу любопытных постепенно оттеснили к первому подъезду, однако она все прибывала и напирала. Казалось, что здесь собралось уже все население городка. Никакие уговоры разойтись не помогали. Тогда улицу и двор перегородили милицейскими машинами.
Обошли все подъезды — ничего, везде тишина, любопытство и полный порядок, и жители вроде все на местах.
Тогда снова обратились к третьему подъезду.
