Во втором письме старый лорд просил (скорее требовал) перенести отправку отряда на несколько недель раньше, чем было условлено, и сообщал, что вскоре прибудет посланный им управитель, чтобы позаботиться о недвижимом имуществе барона. В том же свитке лорд горестно сетовал, что не может удовлетворить просьбу сына и отправить с ним некоего Квинтеса, поскольку его услуги крайне необходимы в столице.
Но больше всего меня заинтересовали не подробные наказы и просьбы старого лорда, а повторяющиеся из письма в письмо увещевания не противиться воле отца и обязательно взять с собой «свет моих очей» малышку Аллариссу.
Похоже, барон был далеко не дурак и, прекрасно осознавая, насколько опасна затеянная авантюра, решительно не хотел брать с собой единственную дочь, о чем и заявил лорду напрямик. Оно и понятно — к чему тащить с собой десятилетнего ребенка в полные опасностей Дикие Земли? Ясно лишь одно — раз Алларисса оказалась здесь, значит, лорд Ван Ферсис сумел настоять на своем.
Убедившись, что больше не осталось непрочтенных документов, я сложил все бумаги барона Ван Ферсис в небольшой мешок, чтобы передать их законной наследнице Аллариссе.
Для меня это лишь занимающие место пыльные бумаги, а для девушки память о почти наверняка уже мертвом отце. В сторону я отложил лишь два столь заинтересовавших меня свитка — я собирался показать их отцу Флатису и выслушать его мнение.
В письмах не было ни одного намека на то, что Алларисса нужна лорду для определенной цели, но я в этом больше не сомневался.
Осталось лишь выяснить, что за роль во всей этой истории оказалась уготована девушке, едва достигшей шестнадцатилетия.
На этом я решил закончить сегодняшний день. Завтрашний обещал быть сложным, и надо хорошенько выспаться, тем более что спать мне осталось несколько часов — на самом рассвете начнется ритуал по принесению клятвы крови. Рикар уже провел все необходимые приготовления.
Задув тусклый жировой светильник, я укрылся теплым одеялом и закрыл глаза. Уже через несколько минут я крепко спал и, к счастью, не видел никаких сновидений.
Отступление шестое
Без нужды приложив лошадь плетью, Квинтес в бешенстве огляделся по сторонам с высоты седла, но не обнаружил ничего, кроме унылых деревьев с покрытыми снегом голыми ветвями. Посвистывание ветра утихло, и теперь их окружало снежное безмолвие. Вот уже пятый день отряд ниргалов упорно двигался к цели, останавливаясь лишь на короткие ночевки, чтобы дать лошадям отдохнуть.
