Большая часть свитков являлась деловой и любовной перепиской барона. Чего там только не было. Кокетливые письма от незамужних дворянок, приглашающих барона на очередной бал или костюмированный маскарад. Составленный по всем правилам вызов на дуэль от некоего герцога Ван Конти, оскорбленного слишком явным вниманием барона к своей жене. Видать, барон был тем еще бабником. Остальные бумаги оказались еще более никчемными — счета от портного, подтверждения с печатями об уплате королевского налога, приглашения от соседей на охоту в их лесах…
И так бумажка за бумажкой, свиток за свитком…
Когда я прочел записку от портного, который уведомлял барона, что заказанные им кружевные дамские панталоны уже отправлены герцогине, то меня охватило неприятное чувство, будто я занимаюсь подглядыванием за чужой жизнью.
Но делать было нечего. К тому же мне почему-то казалось, что это далеко не первый случай, когда я роюсь в чужих документах и чужих жизнях. Уж больно хорошо я знал это дело — как проглядеть тот или иной документ по диагонали, как изучить и понять небрежно отпечатанный в печати герб, как читать между строк, чтобы понять скрытый смысл в кажущемся невинным послании.
Я умудрился даже определить примерное время написания документов. Мне в глаза бросалось все — состояние пергамента или бумаги, насколько выцвели чернила…
Стоило мне задать себе вопрос «А откуда, собственно, я обладаю такими странными умениями?», как в голове предупреждающе заворочались жернова боли, и я поспешно сосредоточился на следующем свитке.
Уже глубокой ночью я закончил чтение последнего документа и с облегчением потер уставшие глаза — большая часть писем была написана людьми, похоже, никогда не утруждавшими себя изучением искусства каллиграфии, и разбирать корявый почерк было сущим мучением."
"Из всех бумаг достаточно интересными оказались только два уже пожелтевших свитка. Если судить по витиеватой подписи и глубоко отпечатанному в воске оттиску гербовой печатки, писал их самолично лорд Ван Ферсис.
Судя по всему, свитки получены отцом Аллариссы незадолго до отбытия в Дикие Земли. Письма были достаточно пространными и одновременно пустыми. В первом письме заботливый отец небрежно интересовался здоровьем сына, сообщал об отправке защитного артефакта с многочисленной охраной и солидной сумме для закупки всего необходимого для успешного путешествия и основания поселения.
