Огромный сингерис крутился неподалеку, с интересом обнюхивая мертвых ниргалов и не обращая на нас внимания.
Под моим взглядом девушка смущенно улыбнулась и, поправив спадающую на лицо прядь волос, сказала:
— Рикар сообщил, что ты хотел принести мне свои искренние извинения за ту абсолютно не заслуженную мною вспышку ярости.
— Что? Я лишь сказал ему, что хочу поговорить с тобой! — поразился я, повернулся к напряженно наблюдающему за нами здоровяку и крикнул: — Рикар! А ну подойди сюда!
— Нет. Он так и сказал, что ты хочешь поговорить со мной, — поспешила исправиться Аля и невинно добавила: — Но ведь мы понимаем твои истинные намерения.
— Наглости тебе не занимать, — усмехнулся я и дал отмашку Рикару. — Хотя я признаю, что немного погорячился.
— Немного погорячился? — возмутилась девушка. — Ты публично оскорбил моего отца!
— Равно как и ты меня!
— В любом случае, я признаю, что обязана тебе своей жизнью и жизнью моих людей. Клянусь, что род Ван Ферсис не забудет этой услуги!
— Услуги? Я к вам в слуги не нанимался.
И поверь, будь там только крестьянские дети, я бы также сделал все возможное, чтобы доставить их в безопасное место!
— Возможно, я неправильно выразилась, — поправилась Аля. — Я хотела сказать, что мой род находится у тебя в долгу. Мой дед хорошо отблагодарит тебя за спасение своей внучки! Ты получишь столько золота и драгоценных камней, сколько сможешь унести!
— А-а-а. Другое дело, — обрадовался я и, нарочито громко шмыгнув носом, утерся рукавом.
— Если он подарит мне пяток свиней, то мы в расчете.
— Что… Ты считаешь, что я равноценна стоимости свиньи? — взбешенно зашипела девчонка, сузив зеленые глаза и топнув ногой. — Да как ты…
— …смеешь, — закончил я за нее и продолжил: — Алларисса, хватит! Вообще-то я говорил о пяти свиньях. Давай условимся так — либо мы сейчас поговорим начистоту и прямо, без всяких высокородных кривляний, либо… либо иди и занимайся тем, чем занималась, и просто постараемся не замечать друг друга.
Что выбираешь?
— Может, отварчику выпьете? — робко вмешался возникший ниоткуда Рикар, протягивая кружки, и, что самое поразительное, здоровяк старательно улыбался. — На таком холоде оно самое то будет.
Бедный Рикар боится бурного развития событий с криками и взаимными оскорблениями. Великий примиритель."
"Приняв у здоровяка кружку, я с наслаждением сделал несколько глотков и выжидательно уставился на девушку.
