– Нет, вы не говорили, но Попочка не дурак, коллега! Какая ещё самка могла оставить следы зубов на клешне? Только Лапка.
– А я утверждаю, что следы оставила самка Сура, – ответил Хэм.
– Сура? Дохлая жена суриката Рики? – изумился попугай. – Но это же бред! Сура была растерзана львами задолго до того, как Пальмовый Вор с обеими своими клешнями приехал к нам в Редколесье. Она не могла укусить клешню. Или вы имели в виду какую-то другую Суру?
– Нет, я имел в виду именно ту, растерзанную львами, дохлую Суру, первую жену суриката Рики.
Я сравнил отпечатки зубов на клешне с зубами сурикатов Дальнего Редколесья и получил одно совпадение. – Хэм распахнул компактный кожаный чемоданчик и извлёк из него покусанную клешню, а также зуб со сколом на паутинной цепочке, который я нашла в норе сурикатов. – Перед вами правый передний зуб покойной жены суриката Рики, он носил его на груди с тех пор, как она погибла.
– Да, действительно, это Сур-сур-сурочкин зуб, – негодующе пискнула Сурикатька.
– Но зачем вы его сюда притащили? Побоялись бы Богов Манго! – Она трижды щёлкнула кривыми жёлтыми зубками. – Потревожившим прах мёртвого зверя полагается сур-сур-сур-суровая кара!
– Мы его сюда притащили, потому что это вещдок, – спокойно сказала я.
– В результате экспертизы я пришёл к выводу, что зубы, следы которых имеются на оторванной клешне, расположены в той же пасти, в которой раньше располагался и этот зуб, впоследствии ставший кулоном.
Взгляните! – Хэм провёл длинным тонким языком, как указкой, по отметинам на клешне. – На всех отпечатках мы видим характерные следы сколов – таких же, как на зубе-кулоне. А главное, мы видим пустой промежуток вот здесь, на месте правого переднего зуба, и этот промежуток совпадает по размеру с зубом-кулоном. Таким образом, мы можем не сомневаться, что клешня укушена самкой суриката без правого переднего зуба и что эта самка – Сура, растерзанная львами два года тому назад.
Зомби Дальнего Редколесья
– Такая страшная смерть! – Лама заломила копыта. – Конечно, растерзанная Сура не упокоилась! Она хотела отмщения!
– Она восстала из дохлых! – пискнула Сурикатька, закатила глаза и провалилась в дырочку в песке.
– Можно и так сказать, – мурлыкнула я. – И вот тут мы снова должны вернуться к тёмному прошлому так называемой второй жены суриката Рики. Безвольная Лапка на самом деле никакая не Лапка и никакой не суслик.
