Пылесос, который ему удалось сегодня утром купить у одного типа, был современным и даже с реактивным поддувом. Правда, стоил пылесос как-то подозрительно дешево, да и тип показался Ваньке скользким и не внушающим доверия. Сразу же после сделки, едва получив деньги, продавец телепортировался с нездоровой поспешностью.
Ягун, которому Ванька еще до матча показал пылесос, несколько раз обошел его вокруг, затем откинул крышку, заглянул в его внутренности и зацокал языком.
– Валялкин, слишком долгое общение с драконами и вепрями не пошло тебе на пользу! – сказал он.
– Почему?
– Ты никогда не задумывался, почему барон Мюнхгаузен летал на ядре единственный раз, а пешком ходил каждый день?
– Не-а.
– Потому что он хотел жить, – сказал Ягун.
– Не мог бы ты выражаться менее туманно?
– Вот смотри сюда: серийные номера перебиты. С чего бы это? Думаешь, хозяину не понравились цифры? Теперь проверяем магические метки. Есть один левый способ, пары искр должно хватить. Давай: раз, два, три!
Две зеленые искры скользнули к крышке пылесоса и встретились.
«Настурция», – вспыхнули на крышке высокие готические буквы.
– И что это означает? – спросил Ванька.
– Это означает, что пылесос краденый. Причем у кого-то, кто носит это прекрасное цветочное имя.
– О нет! – простонал Валялкин.
Однако выбора у него не было. Ягун не подозревал, что истинной причиной, заставившей Ваньку купить пылесос и тайком принести его на матч, было вовсе не желание порисоваться в небе на хорошем пылесосе. Ванька вообще без симпатии относился ко всей магической механике, предпочитая драконов.
Разве какая-нибудь железка или палка с пучком сухих веток на конце может сравниться с живым теплом чешуи и стремительными взмахами крыльев, рассекающих воздух?
Однако теперь пылесос был ему необходим. У Ваньки давно, дня за три до матча, начали появляться нехорошие предчувствия. Ему снились скверные сны, и в каждом из них Таня падала с безумной высоты, тщетно пытаясь замедлить падение. Смычок в ее руках был объят пламенем.
Как всякий неплохой маг, Ванька относился к снам крайне серьезно.
Особенно к повторяющимся. Мимолетные сновидения могли и не сбываться. Кошмарам тоже доверять не следовало. Они снились обычно от жары, в душных комнатах, или их приносили на крыльях духи мрака, ответственные за распространение дезинформации. Однако сном, который повторялся ночь за ночью, пренебрегать не стоило.
Ванька знал, что давно еще, четыре года назад, полюбив Таню, связал себя с ней пуповиной заботы.
