Может, и о странностях с ними не задумывалась именно потому, что так было с самого начала заведено.
– Ничего не хочешь объяснить? – зло поинтересовался модифицированный, устав от моего молчания.
И что сказать? Обвинить во всем Марину? Да, она меня подставила. Но в то же время благодаря Марине я смогла сбежать из дома, иначе бы до сих пор мачеха со сводными сестрами на мне ездили. И при снятии детского браслета она меня спасла.
Мне-то ничего не будет. Модифицированный меня не сдаст. Упаду в его глазах? Мне плевать на это.
Марина продолжит сливать информацию? А мне что с того? Будем считать, что я расплатилась с ней за помощь и отдала долги. К тому же мать Марины всегда ко мне хорошо относилась и никогда плохого слова не говорила. Я смогла уехать еще и поэтому: она никому не сказала о том, что ее дочь мне помогла. И до сих пор молчит, иначе мачеха бы меня и здесь нашла.
– Нет, не хочу. Факты таковы, что документы брала я и передавала их я.
Бросила обратно на журнальный столик папку с фотографиями, и они рассыпались веером, на каждой подтверждение моей вины…
– И это все? Ни извинения, ни раскаяния? – Он поднялся с дивана, прожигая меня взглядом.
– Ты лгала, глядя мне в глаза! Спокойна, потому что уверена, что не понесешь наказания? Да, тебе фантастически повезло!
Извиняться? Только за то, что была дурой! И то не перед ним, а перед самой собой.
– А вы меня изнасиловали и не понесли наказания, – парировала я. Не смогла смолчать, глядя на его праведное возмущение. – Считаете, что мне повезло? Сколько бы мне светило по обвинению в этом? Несколько лет – и была бы свободна.
А теперь я пожизненно связана с вами. Несколько неравноценное наказание.
Особенно за то, чего не совершала. Вернее, совершила по незнанию. Но разве это не является смягчающим обстоятельством?
– И это я для тебя наказание?! Мне в пару досталась воровка, лгунья, обманщица…
– Вы всегда можете сдать меня в полицию.
Неожиданно он сделал рывок, оказавшись возле меня, и, схватив за шею, процедил в лицо:
– Я сам займусь твоим наказанием.
– Продолжайте. У вас это хорошо получается, – просипела я, даже в этот момент не испугавшись. После всего, что он сделал со мной, чего еще бояться?
Он ослабил захват, пообещав:
– Я больше ни одному твоему слову не поверю!
– А я не собираюсь вам ничего доказывать.
– Тебе лучше вообще помолчать, иначе придушу.
Он отпихнул меня, брезгливо отряхнул руку, словно испачкался, и стремительно вышел из дома.
