Если я найду твою блондинку, ее ждет печальная судьба. Ты же понимаешь, что я не бросаю слов на ветер?
– Это угроза? – напряженно спрашиваю я.
– Ты мой сын, – грозно говорит Рашид. – И я люблю тебя. Я хочу уберечь тебя от ошибок и необдуманных действий. Избавься от всего, что делает тебя слабым, Адам. Ты женат на красивой, прекрасно-воспитанной девушке, которая подарит тебе детей и счастье. Она будет до конца дней целовать твои руки и чтить тебя, как своего единственного господина. Ни одна американка или европейка не способна изменится даже ради любимого мужчины.
Они всегда смотрят по сторонам. Им мало, всегда мало. Они хотят флиртовать и трахаться с другими мужчинами. И делают это. Находят способ, даже если ты держишь их под замком. У тебя достаточно шлюх, которые сделают все, что ты пожелаешь. Сделай ее одной из них, а если не можешь, то избавься.
– Как ты избавился от моей матери? – холодно спрашиваю я, сжимая руку в кулак.
– Да, – выдержав мой обвиняющий взгляд, кивнул отец. – Я не смог сломить ее, не смог заставить видеть в моем лице своего единственного господина.
Чтобы я не делал, я получал в ответ упреки и ненависть. Они никогда не смогут понять нас. Их место на спине или в борделе. Знаешь, почему тебя тянет к ней? Банально и просто. Сопротивление, вызов. Они считают себя равными нам, и это заводит, но только задумайся, к чему может привести любовь к подобной женщине? Ты готов женится на ней, взять ее второй женой, представить родне, не стыдясь, не боясь, что завтра она опозорит твое имя, раздвинув ноги для какого-нибудь гостя, когда тебя не будет дома?
– Моя мать никогда бы не сделала такого! – жестко и уверенно отвечаю я, стискивая челюсти от гнева.
Я с трудом контролирую себя, пытаясь не забывать, что передо мной не просто мой отец, но еще и шейх Анмара.
– Почему нет? Могу сказать, что ты заблуждаешься. Она не была верной женщиной.
– Ты лжешь! – рычу я, забываясь и делаю стремительный шаг в сторону невозмутимого отца. Он снисходительно ухмыляется, наблюдая, как я тщетно пытаюсь бороться с яростью, охватившей меня.
– Ты можешь спросить сам. Если ей нечего скрывать и стыдиться, почему она до сих пор не пришла к тебе?
– Может быть, ее нет в живых. У меня есть только твое слово. Я не могу быть уверен в том, что ты отпустил ее, а не убил."
"Взгляд отца чернеет. Мне удается задеть его за живое. Он толкает меня ладонями в грудь и я ударяюсь спиной о двери стойла. Ветер протестующе фыркает, вставая на дыбы и нервничая.
