Я хочу сказать, что ей нужно быть готовой вернуться в то место... где она впервые от нас пряталась, где никто, никто не сможет ее найти.
– Да, сэр.
– Ты нашел брешь?
– Нашел и запечатал.
– Где она была?
– Под Бродвеем. Там, где фруктовые погреба, проходит сточная труба. Ею не пользовались пятьдесят лет. Он проник туда, проделав отверстие.
Пендергаст зорко взглянул на него.
– Он не нашел лестницу, ведущую в этот подвал?
– Нет. Похоже, в доме он был лишь несколько минут. Успел взять предмет из кабинета на первом этаже и тут же скрылся.
Пендергаст не отрывал от Проктора взгляд.
– Ты должен удостовериться в том, что особняк полностью изолирован. Это не должно повториться. Ясно?
– Ясно, сэр.
– Хорошо. Тогда пойдем. Я с ней поговорю.
Они покинули лабораторию и миновали несколько комнат со стеклянными шкафами, заполненными немыслимо эклектичными коллекциями: чучелами перелетных птиц, амазонскими насекомыми, редкими минералами, банками с химикалиями.
Остановились в комнате с бабочками.
Пендергаст направил на витрины свет фонарика и тихо сказал в темноту:
– Констанция?
Ответа не последовало.
– Констанция, – сказал он чуть громче.
Послышался тихий шорох, и женщина лет двадцати появилась словно бы ниоткуда. На ней было длинное белое старомодное платье с кружевом у шеи. Нежная кожа в свете фонаря была очень бледна.
– Алоиз, – сказала она, обняв его. – Слава богу.
Какое-то мгновение Пендергаст просто стоял, прижав ее к себе. Потом осторожно отодвинулся и нажал маленькую медную кнопку в стене.
Помещение залил бледный свет.
– Алоиз, что случилось?
Ее глаза – странно умудренные на юном лице – приняли беспокойное выражение.
– Скажу через минуту, – Пендергаст успокаивающим жестом положил ей на плечо руку. – Расскажи мне о записке.
– Она пришла сегодня поздно вечером.
– Как ее доставили?
– Подсунули под входную дверь.
– Ты приняла меры предосторожности?
Констанция кивнула и достала из рукава ламинированную визитную карточку.
Пендергаст присмотрелся.
На карточке каллиграфическим почерком оттиснуто «Диоген Пендергаст», ниже – приписка розовыми чернилами: «Пятерка мечей – Смитбек».
Какое-то время он смотрел на карточку, затем сунул в карман.
– Что это значит? – спросила Констанция.
– Мне бы не хотелось говорить тебе больше, чем нужно. Твои нервы и так расстроены.
Констанция слабо улыбнулась.
– Должна признаться, когда ты вошел в библиотеку, я была совершенно уверена, что вижу перед собой призрак.
