Можно, конечно, устроиться гувернанткой. Образование и происхождение будут играть мне на руку. Но без должного опыта работы много я там заработать не смогу. Себя прокормить сумею. Но обеспечить все поместье?
Эти мысли и занимали мой разум все последние дни. Я оплакивала отца и лихорадочно соображала, как же жить дальше. К сожалению, ответ ко мне так и не пришел. И теперь предстоит встреча с поверенным. От этой встречи я не жду ничего хорошего, но хотя бы буду четко понимать, какими средствами я располагаю.
— Зря ты так, Ханни, — не сдавалась Женевьева, — Ты молода, очаровательна, красива и умна. Любой достойный джентльмен может легко в тебя влюбиться. И его не будет волновать твое финансовое положение.
Я лишь покачала головой, с трудом сдерживая нервный смех. Женевьева в свои годы оказалась более романтична, чем двадцатилетняя я. Но последнее, что мне сейчас нужно, так это романтичные грезы. От своих проблем не убежишь, так поэтому стоит посмотреть им прямо в лицо.
Раздался короткий стук, после которого дверь распахнулась и в проеме показалась голова пожилого дворецкого.
— Леди Ханнелор, прибыл поверенный.
Вот и настало время мне посмотреть в лицо своим проблемам.
Спустилась в гостиную, где меня уже ожидал поверенный. Мужчина выглядел достаточно презентабельно, и я сразу поняла, что отец не поскупился, оплачивая его услуги. Он сидел в небольшом кресле и медленно потягивал чай, ожидая моего появления. А рядом с ним лежала кожаная папка для документов.
Взглянула на эту папку, словно на ядовитую змею. В ней сейчас находится то, что предопределит всю мою будущую жизнь.
— Графиня Эйвери, — поднялся на ноги поверенный и поклонился, стоило мне войти в гостиную, — Соболезную вашей утрате.
— Благодарю, — коротко кивнула я и опустилась на диван напротив поверенного.
Женевьева заняла место за моей спиной.
— Можем приступать, — произнесла я, желая, чтобы эта процедура поскорее закончилась.
— Эм, не совсем, — немного нервно отозвался мужчина, прикусив губу, — Мы ждем еще одного человека, чье имя указанно в завещании.
И без него не можем начать.
Я не смогла скрыть удивления на своем лице. Отец внес в завещание кого-то еще? Но кого? Других родственников или близких друзей у него не было. Да и, откровенно говоря, делить особо было нечего. Но что от меня скрыл папа? Неужели долговые расписки?
Сердце болезненно сжалось. А я постаралась отогнать эту мысль. Папа бы ни за что так не поступил.
