Пользуясь тем, что глава тайной канцелярии не обращает на меня внимания, скосила на него взгляд и принялась украдкой рассматривать.
Высокий, с широким разворотом плеч и пугающей аурой, он нагонял лишь больше ужаса и желания поскорее убраться. Хотя, многие женщины любят как раз таких. А, учитывая, что герцог еще и родственник Императора, хоть и дальний, партией он становился лишь куда более желанной. Но не мне его жалеть.
Волевой подбородок, ярко очерченные скулы и не по-мужски пухлые губы могли бы смягчить его образ.
Если бы не хмурые темные брови и волосы цвета вороного крыла, которые вкупе с зелеными глазами создавали образ колдовской, пугающий.
Но, возможно, это лишь мое мнение. Думаю, многие дамы находят герцога весьма привлекательным и даже красивым мужчиной. И лишь я, слишком впечатлительная по своей натуре, трясусь от страха, нагнанного после всех мрачных слухов, которые мне довелось услышать о загадочном герцоге.
Последний, словно почувствовав мое навязчивое внимание к своей персоне, повернулся в мою сторону.
Но я быстро отвела взгляд, сосредоточившись на поверенном, который уже готовился огласить завещание отца.
Сейчас я и узнаю, что великий и ужасный герцог Гейрлейв забыл в нашем скромном поместье.
Глава 4
— Я, граф Карен Эйвери, находясь в трезвом уме и здравой памяти, — начал зачитывать поверенный.
А у меня болезненно сжалось сердце. И пусть это был лишь сухой текст, когда-то надиктованный отцом. Но я не могла избавиться от ощущения, что отец сидит рядом и произносит все эти слова.
Это завещание было последним, что связывало меня с родителем. Последним, заставившим меня почувствовать, что папа жив. Что он здесь, со мной.
Словно почувствовав то же самое, Женевьева опустила ладонь на мое плечо, крепко его сжимая в немом жесте поддержки.
— Завещаю поместье Эйвери и все прилегающие к нему земли своей дочери — Ханнелор Эйвери, — продолжил зачитывать завещание поверенный, — Также, завещаю ей банковский счет, принадлежащий семейству Эйвери, с суммой в десять тысяч золотых.
Я не сумела сдержать судорожного вздоха. И в унисон с ним раздался вздох облегчения за спиной. Десять тысяч золотых, этой суммы должно хватить на пару-тройку лет, если разумно ими распоряжаться. Я ожидала гораздо меньшего и даже не знала, что отец располагает подобными деньгами.
— А также, завещаю своей дочери банковскую ячейку, находящуюся в столичном Имперском банке и все имущество, которое хранится там.
