Дело пахло многомиллионными прибылями: метеоритное железо – чистейшее по химическому составу, без малейших примесей (в свое время из него сделали ценившиеся дороже золота кинжалы для одного из древнеегипетских фараонов, а гораздо позже – церемониальный меч для царя Александра I в честь победы над Наполеоном). Стоило оно на порядок выше обычного железа. К тому же платина и алмазы…
Берринджер действовал с истинно американской напористостью: недолго думая, купил участок земли, на котором располагался каньон (благо земля была ни к чему не пригодна, и отдавали задешево), организовал «Берринджеровскую компанию по добыче полезных ископаемых», выпустил акции, собрал немалые денежки, приготовил мешки для будущей прибыли и начал работы.
Рабочие долго били шурфы, бурили скважины, проложили несколько самых настоящих шахт. Увы, как они ни выкладывались, в конце концов всем, и самому Берринджеру, стало ясно: никакого драгоценного метеорита в земле нет. Грянувшись оземь, он просто-напросто испарился в чудовищном взрыве, а то железо, что нашли индейцы, было лишь жалкими остатками…
Понятно, компания с треском обанкротилась.
Берринджеру остался кусок бесплодной земли с дурацкой огромной ямищей посередине. Инженер не стал стреляться, как поступали в его положении иные, но спился совершенно по-русски – люто, быстро, качественно. Вообще-то сопьешься тут, когда рухнут надежды на многомиллионные прибыли…
Четвертая экспедиция Кулика состоялась в 1939 году, длилась меньше трех месяцев и свелась к беглому осмотру Южного болота, не принесшему ничего интересного.
Положа руку на сердце, Кулик – не более чем блестящий неудачник (бывает такая категория людей). Все его экспедиции не принесли ровным счетом никаких результатов. Ни малейших. Все его теоретические построения, предположения, гипотезы были впоследствии опровергнуты следующими поколениями ученых. И тем не менее Кулик заслуживает всяческого уважения за то, что именно он, с его неукротимой энергией и неутомимой жаждой познания, по сути, извлек из совершеннейшего забвения Тунгусский феномен и запустил громадный механизм по его изучению.
Ну и «радиальные» вывалы, и «эпицентр» обнаружил все-таки Кулик. Он был первопроходцем. А с первопроходцами оборачивается по-всякому: достаточно вспомнить Колумба, который так и умер в убеждении, что не открывал новый неизвестный континент, а приплыл к восточным берегам Китая…
Кулик и Кринов сосредоточили все внимание на Южном болоте.
