– К сожалению, насколько мне известно, у вашего… народа пока еще нет собственного гимна, поэтому лучшие русские композиторы написали ту музыку, что сопровождала ваше появление. Надеюсь, она порадовала вас. Дворец также приготовил подарки, некоторые будут ждать вас у входа в Пустошь. Остальные же доставят с минуты на минуту.
Если Софью и удивил внешний облик «высокого гостя», виду она не подала.
– Я тоже явился не с пустыми руками, колдуны как раз совершают необходимые обряды с дивами, которых я привел с собой, – не остался в долгу Александр.
Аверин скользнул взглядом по Анастасии. Дива под стать хозяйке сохраняла спокойный и любезный вид. Но человеком она не выглядела. Черты ее лица обострились, пальцы на руках удлинились, став еще тоньше, а ногти застыли в промежуточной фазе: еще не став звериными, они уже совершенно не походили на человеческие. И глаза. Похожие на ниточки зрачки стояли вертикально на фоне слегка светящейся радужки.
Анастасия тоже, не стесняясь, демонстрировала собравшимся в зале свою сущность.
«Насколько же эти двое похожи», – подумал Аверин, и легкий холодок пополз по его коже.
Лицо Александра повернулось к нему. И все три светящихся глаза будто прожгли насквозь. Несколько секунд див неотрывно смотрел на колдуна, а потом медленно обвел своими мертвенно-голубыми прожекторами присутствующих. Люди заерзали на своих местах, словно пытаясь съежиться и стать меньше.
– Понимаю… – снова зарокотало в зале, и звук голоса послышался со всех сторон. – Мой внешний вид смущает почтенное собрание.
Поэтому разрешите сразу внести ясность. Когда-то меня называли обжигающим Монту, Оркусом – повелителем подземного мира, безжалостным Демоном Шестого неба и Марой-смертью. И не случайно. Ибо воистину я – неминуемая смерть. Я – пожар войны, обращающей в прах цивилизации. Я – беспощадная кровавая бойня. Но сегодня я пришел с миром. И моя цель – положить конец круговороту насилия. Я мог бы явиться в этот зал под личиной, выбрать любой приятный людям облик, ведь их у меня бесчисленное множество.
Но все эти лица – лишь маски давно умерших людей. И поэтому я пришел к вам с открытыми ладонями и со своим истинным лицом. Не нужно бояться.
Он развел в стороны и руки, и верхние когтистые конечности – и лучи света, вырвавшиеся из них, ослепительно заиграли в хрустале люстр. А под потолком засияла настоящая радуга.
– Я также свет. И мир.
Аверин вместе с прочими собравшимися наблюдал за этим впечатляющим представлением.
