— Ты сегодня плохая девочка?
Она подходит сзади, накрывает его сильные плечи своими ладонями. Ее взгляд невольно застывает на своей левой руке. Именно там, согласно арабской традиции, на безымянном пальце теперь красуется кольцо с огромным изумрудом. Это кольцо его матери. Адам одел его ей там, на развалинах своего таифского дворца, открыв душу и сердце. Оно тяжелое… И она все еще никак к нему не привыкнет. Впрочем, как и к своему новому статусу…
Мужчина возвращает ее из своих мыслей крепкими объятиями и глубоким поцелуем, от которого тут же кружится голова.
— Так что, плохая девочка? — спрашивает снова.
Она кивает, улыбаясь и провокационно поднимая бровь.
— А ты — шейх Адам? Мой господин?
— Тогда сегодня будет по-взрослому… — его голос теперь с хрипотцой. Он приятно щекочет не только ее слух, но и задевает нечто потаенное, женское там, внутри… То самое, где желание и похоть берут свои истоки.
— По-взрослому… — выдыхает в ответ прямо в его губы.
Снаружи одного из самых роскошных отелей Венеции Бельмонд Киприани, расположенного на острове Джудекка с видом на Дворец дожей и лагуну, их уже ждал обитый красным деревом катер — самый удобный из всех видов транспорта в этом фантастическом городе каналов, легенд и страсти.
Ветер развивает ее волосы, а он невольно любуется её изящным силуэтом."
"— Нет ничего красивее Венеции, — завороженно вглядывается в красоту величественной архитектуры на закате Ника, утопая в Его теплых объятиях. Брызги воды из канала от быстрой езды то и дело попадают на кожу — в них пьянящая свобода и свежесть, в них ощущение жизни и дыхания.
Такие моменты запоминаешь на всю жизнь.
— Разве что девушка, прекрасная, как Венеция… — она не видит сейчас лица Адама, но точно знает, он улыбается, упираясь волевым подбородком в ее макушку. Она привыкает к нему, узнает… Уже научилась отличать его интонации, повадки, манеры. Когда кто-то так рядом, это неизбежно.
— Ты намекаешь, что я похожа на Венецию? Хм, красивый комплимент… Правда, мои сородичи бы сочли его оскорблением.
Я ведь родом из Флоренции…
Его рука сжимается на ее ягодице. Адам порывисто разворачивает Нику к себе.
— Шейх Адам, девочка… Забыла? Игра началась… — И да… Ты похожа именно на Венецию. Флоренция прекрасна. Но ее красота — как сочная женщина среднего возраста с плодовитыми широкими бедрами и такой же грудью. Она уже пожила, заразилась здоровым цинизмом, корыстью и похотью. Любит поспорить и повздорить.
