Разве у Лавра Георгиевича в полном смысле была армия, когда он покинул Ростов? Какое там! В лучшем случае дивизия! Что ни говори, Блюхер известен своими смелыми маневрами на Урале и на Перекопе…
— Будем надеяться на то, что сумеем выйти в тыл красным под Благовещенском прежде, чем этот министр дождется еще и портфеля полководца.
— Остается только уповать, — вздохнул Вержбицкий.
18
Назвав министрам и Мизинову кузбасское восстание в качестве оного из резонов незамедлительного наступления, Вержбицкий ошибся.
«Армия» анархиста Глотова доживала свои последние дни. Однако не то ли что главнокомандующий каппелевцев — даже сам «атаман» Глотов об этом еще не подозревал.
Мобилизовав, наконец, кое-какие силы из охранных отрядов, местной милиции, отрядив из регулярных частей четыре роты, сотню кавалеристов и семнадцать пулеметов, красные решили к концу октября окончательно и энергично покончить с Глотовым.
«Продвигаясь в район восстания, отряд особого назначения зачищает территорию от остатков мелких банд, проводит политико-разъяснительную работу с населением, собирает информацию о настроении селян, — писал в отчете командир отряда Петр Хлобыстов, старый коммунист-иркутянин, бывший прежде комиссаром полка на колчаковском фронте.
— Касательно военной части сообщаю, что позавчера нами встречен конный отряд мятежников примерно в полсотни сабель. Приняв бой и понесши значительные потери, анархисты отступили. Наши потери: семь человек убиты, девятнадцать легко ранены.
Продолжаю преследование».
Он отложил перо, кликнул караульного, отдал письмо и велел срочно доставить его в Канск.
«М-да, — подумал он. — Если после каждого боя посылать верхоконного, так что же у меня останется к исходу месяца. Милиция?» — он презрительно фыркнул, вспомнив, как милиционеры в одном из боев пытались окапываться, отрывая себе окопы штыками. Не успели начать, как попали под губительный обстрел артиллерии.
Двенадцать человек так и остались лежать, где лежали.
«Да разве выполнишь с такими боевую задачу?» — сокрушенно думал Хлобыстов.
А задача ему была поставлена и впрямь непростая. Это ж надо — оттеснить противника на правый берег Кана и, окружив его там, ликвидировать.
«Сказать легко, — горевал комиссар. — А как сделать это, когда у Глотова, почитай, тыщи две бойцов, а у меня хорошо если полтыщи. Пулеметов, правда, не пожалели.
