Но уйти удалось не всем: около сорока человек навсегда остались лежать в холодном снегу возле трупов лошадей.
Вагон потащили на север, к полустанку Ухтакут, откуда до армии было уже рукой подать…
В начале марта 1920 года части пепеляевской армии со спасенной частью золотого запаса Российской империи вошли в Читу и были преобразованы во Второй корпус армии генерала Вержбицкого. Золото было отдано под личную ответственность генерал-майора Мизинова. Вагон на запасных путях станции Чита денно и нощно охраняла рота пепеляевских бойцов.
Ключей от замков на вагонах имелось всего два. Один хранился в штабе командующего армией генерала Вержбицкого (однако без ведома Мизинова никто этими ключами воспользоваться не мог). Второй был укромно спрятан в квартире Мизинова на окраине Читы, в купеческом домишке, где квартировал генерал."
"… После совещания в избе купца Махлатых Мизинов вдруг почувствовал, что смертельно, невыносимо устал. И только теперь отчетливо осознал, какую большую работу он выполнил тогда, зимой девятнадцатого, на станции Айшет — работу, которой одной хватило бы, чтобы оправдать свою жизнь, чтобы не стыдно было перед матерью и людьми.
Вся остальная его жизнь — все войны, бои, наступления, отступления, окопная сырость, тиф, кровь и смерть, смерть, смерть без конца — все это теперь вдруг показалось ему совершенно ничтожным перед тем, айшетским делом.
«Боже, как это прекрасно получилось тогда! — думал Мизинов по пути домой. — Сколько на эти деньги можно сделать! Помочь стольким ветеранам армии! Построить школы, больницы, дома! Это все нам очень пригодится, когда мы укрепимся в Забайкалье!»
В то, что в Забайкалье белая армия сумеет прочно и надежно укрепиться — Мизинов тогда совершенно не сомневался.
«Немного отдохнув, бойцы придут в себя. В это время купцы и прочие воротилы внесут крупные суммы денег в общее дело. Атаман Семенов — человек твердый и решительный, он обязательно поможет, власть его в Даурии[2] крепкая…»
Мизинов вновь подумал об атамане Семенове.
Вспомнил, как он совершил в Чите переворот, разогнал штаб народной революционной армии и сформировал надежные полки из забайкальского казачества. Семеновский штаб всю войну до прихода каппелевцев стоял на месте, поэтому внутренний порядок во всем гарнизоне сохранился старый, включая офицерские традиции.
В то же время перспективы остальной, большей, части России представлялись Мизинову совершенно ужасными.
