Если бы Гарпаг видел эту улыбку, он бы содрогнулся. Но Гарпаг, счастливый тем, что его ослушание так благополучно разрешилось, упал перед царем на колени и поклонился до земли."
"«Я даже и на пир приглашен! – радовался он по дороге домой. – Я знал, что Астиаг пожалеет о своем злом приказании и будет счастлив, если внук живой и здоровый вернется к нему!»
Придя домой, он тут же отослал своего сына к царю:
– Иди во дворец. И смотри выполняй все, что бы ни повелел тебе царь!
Гарпаг проводил мальчика любящим взглядом.
Это был его единственный сын, наследник его семьи, его радость и надежда. Сейчас мальчику тринадцать лет, он почти ровесник Киру. Они, конечно, подружатся. А ведь рано или поздно Кир станет царем. И как знать? Может быть, сын Гарпага станет ему самым близким человеком.
Мальчик ушел веселый, гордый честью, оказанной ему. Ведь никого другого не позвал царь Астиаг к своему внуку!
Однако на пороге он вдруг остановился, словно какое-то предчувствие смутило его. Ему стало страшно идти во дворец. Может, потому, что он вообще боялся царя Астиага.
Но отец ободрил его.
– Иди-иди, – с улыбкой сказал он, – и смотри, будь послушен.
Мальчик ушел. Гарпаг направился в покои жены. Она уже давно в тревоге поджидала мужа.
– Не тревожься, все обошлось, – успокоил ее Гарпаг, – и так счастливо обошлось!
И он все рассказал жене.
– А теперь мне надо торопиться, – закончив рассказ, сказал он. – Я иду к царю на пир.
Слуги подали ему богатую одежду. Жена помогала ему собраться. Оба они – и Гарпаг, и его жена – были так веселы и так радостны, будто в дом их вошел большой праздник.
А в то время, когда Гарпаг собирался на пир и жена его радовалась и смеялась, их сын, их мальчик, был уже мертв. Его убили во дворце Астиага, как только он туда вошел. И тело его, разрубленное на куски, лежало в корзине, прикрытое покрывалом.
На пир к царю явились все приглашенные. Царь ласково принимал гостей. И особенно ласков и приветлив он был с Гарпагом.
Слуги наливали гостям вино из полных бурдюков, подавали сочные куски баранины и ставили блюда с мясом перед каждым гостем.
Под конец пира слуги поставили перед Гарпагом корзину, прикрытую белым:
– Возьми отсюда, что тебе будет угодно!
Гарпаг с улыбкой открыл корзину. Там лежали голова, руки и ноги его сына. Гарпаг поднял глаза на царя. Их взгляды скрестились, как два копья. Но царедворец умел владеть собой и не дрогнувшей рукой закрыл корзину.
– Ну как, хорошо ли ты попировал? – с сатанинской усмешкой спросил Астиаг.
