Тебе, ведущему такое войско, нечего бояться врагов. Но не испытывай и божества. Боги могут послать такую беду, от которой человеку остеречься невозможно.
Кен умолк. Невнятный говор прошел среди военачальников, и Александр слышал, что они одобряют Кена. Он увидел, что многие плачут, опустив голову и неловко утирая слезы загрубевшими руками.
Александр был горестно удивлен этой речью. Кен, его верный друг и соратник, который всегда был с ним рядом, готовый выполнить любой приказ царя… Он был рядом и в битве с трибаллами в дни ранней юности Александра, он был рядом и при Гранике, и при Иссе.
Он штурмовал вместе с Александром Тир и сражался под Гавгамелами в центре фронта, где был опасно ранен стрелой… Он преследовал по приказу царя неуловимого Спитамена и сражался здесь, на Гидаспе…
И только теперь, на Гифасисе, когда почти вся ойкумена у них в руках, когда можно властвовать над всем миром, – Кен отказался следовать за своим царем!
Александр понял, что он бессилен против непреклонного решения войска вернуться домой.
И понял главное: не только потому, что они хотят вернуться, что у них не стало сил, а потому, что они не верят в свою власть над всем миром и не видят смысла в дальнейшем походе.
Это убивало честолюбивые мечты Александра, убивало его душу.
Ночь была тяжелой. Александр не мог спать – все в нем дрожало от возмущения, от обиды, оттого, что уходит из рук то, что казалось таким уже возможным… Он не знал, какая огромная земля лежит за Гангом и что вовсе не так близок тот таинственный берег туманного Океана, который он считал краем земли.
Стояла тишина, ливень перестал. Александр, отстранив стражу, вышел из шатра. Ни лагеря, ни земли, ни неба. Черные тучи и сырой, тяжелый туман. Теплая земля дышала влагой.
К утру он уснул, снились печальные сны. Букефал подходил к нему и хватал за хитон мягкими губами.
«Букефал, друг мой! Друг мой!»
Александр пытался погладить коня, но рука встретила пустоту.
Он проснулся с печальным сердцем.
Вспомнив вчерашнее, Александр тяжело задумался. Что случилось? Он, царь, полководец, должен подчиняться войску? Войско отказывается повиноваться ему? Но разве не обещал Амон отдать в его власть всю землю?
В бессильном отчаянии он ждал, что военачальники придут и скажут, что и они, и их войска готовы идти за царем, готовы идти всюду, куда он поведет их, потому что они не могут оставить его."
"Но лагерь молчал. Тишина.
