Только и думают о своих делах, а как защитить их сатрапии – об этом должен думать царь!
Дарий стал бояться приближения ночи, ему снились странные, полные непонятного значения сны. Он призвал магов, толкователей снов.
– Я видел лагерь Александра. Он весь пылал, да так ярко, что глазам было больно. Что предвещает этот сон?
– Это хорошее предзнаменование, царь. Лагерь Александра сгорит не только во сне, но и наяву.
Дарий успокоился. Но вскоре ему опять приснился сон.
– Я видел, что македонского царя привели ко мне. И он был в персидской одежде, в такой, какую носил я, когда еще не был царем.
– Это хороший сон, царь. Царь Македонский вместо царской одежды наденет одежду простого воина, потому что перестанет быть царем.
Но на этот раз, как только угодливые маги умолкли, вперед выступил старый седой жрец. Он встал перед царем прямой и непреклонный."
"– Эти толкования неправильны, царь. Твои сны предвещают другое. Яркий свет в лагере Македонянина сулит ему победу. А персидская одежда на нем означает, что ему быть царем Азии.
Ведь и на тебе, царь, когда ты вступал на престол, была такая же одежда!
Придворные громко зароптали и вытолкали жреца из царского шатра.
– Он выжил из ума! Царь царей, не слушай его! Ты просто не можешь не победить Александра!
А потихоньку тревожно шептались, вспоминали еще одну дурную примету. Когда Кодоман только что нарек себя Дарием, он приказал переделать форму ножен для персидского кинжала – акинака. Эллинские ножны ему нравились больше, пусть и у персов будут такие же.
Маги еще и тогда предсказывали недоброе:
– Мы отказались от своего персидского оружия, предпочли эллинское. Так и власть над персами перейдет к тем, чьему оружию мы подражаем!
И царедворцы, привыкшие к лени дворцовых покоев, где так хорошо жилось при столь бездеятельном и беспечном характере Дария; и сатрапы, приведшие войска из своих отдаленных сатрапий, где они сами были как цари; и полководцы, на которых теперь наваливалась тяжесть войны, – все эти люди были встревожены неприятными предзнаменованиями.
И так уже было довольно военных неудач, а тут еще сны царя и разные приметы, грозящие бедой!
Утешала только надежда, что на этот раз, при таком огромном войске, они наконец разобьют Александра. И тогда снова на их земле и в их жизни наступит спокойствие.
Из Киликии пришло известие: царь Македонский в Тарсе, он тяжело болен и не выходит из шатра. Мрачное лицо Дария сразу просветлело.
– Он по-настоящему болен?
– Разное говорят, царь. Македоняне плачут.
