О чем они говорят?
– Александр переправился через Геллеспонт, – сказал щеголеватый и нервный Мифридат, зять Дария. – Что предпримем? Жду вашего совета.
– Ну, переправился, – лениво отозвался толстый Мифробузан, – прогоним обратно, и все.
– Можно только удивляться, что он посмел с такой смехотворно малой армией явиться на нашу землю! – сказал сухопарый, с хищным носом и жидкой крашеной бородой лидийский сатрап Спифридат.
– Да-да, – подхватил его брат, полководец Ресак, – смешно!
Флегматичный Нифат пожал широкими плечами, отчего золотая волна прошла по его расшитой шелковой одежде.
– Глупец мальчишка.
– Так что же будем делать? – нетерпеливо повторил Мифридат.
Раздалось сразу несколько голосов:
– Двинуться навстречу и разбить!
– Прогнать обратно за Геллеспонт, и все…
– Или утопить в Геллеспонте.
– Не надо было пускать его на азиатский берег! – хмуро сказал Мемнон.
– А что потеряно? – презрительно возразил Арсит, фригийский сатрап. – Не так трудно избавиться от него.
– И не так легко, как вам кажется, – ответил Мемнон. – Этот мальчишка положил под Херонеей непобедимый «священный отряд» фивян. А потом и Фивы сровнял с землей.
– Велика сила – Фивы! – сердито сказал хмурый Арсам. – Ты что же думаешь, что он так же положит и наше войско, которое даже и сосчитать невозможно?
– Надо было поставить у берега корабли, – продолжал Мемнон, – надо было преградить ему путь в Азию.
Но зять Дария – Мифридат, сверкнув красивыми злыми глазами, перебил Мемнона:
– Ставить корабли, загораживать берег… Ради чего? Ради кого? Ради какого-то ничтожного царька из ничтожной страны. Пусть идет. Мы встретим его и погоним обратно. Зачем нам воровать победу? Мы возьмем ее с блеском и славой. При первом же сражении мы убьем Александра.
На этом война и кончится.
– Так! Именно так! – отозвались полководцы.
– Именно так! – выкрикнул и юный Арбупал, сын Дария.
Это была его первая война. Он ждал сражения с веселым нетерпением. Он уже видел, как скачет на коне навстречу Александру, а потом гонится за ним, а потом настигает и убивает дерзкого пришельца!..
– Пусть идет!
Мемнон с досадой покачал головой. Они ничего не понимают.
