Потому что я понимаю, что ты среди людей, и людей сложных, а не в среде наркоманов-налетчиков, к которым общечеловеческие ценности примеривать просто глупо…
Девушка принесла им кофе — Штукин даже удивился, как его быстро приготовили. Ильюхин быстро схватил свою чашечку, и Валера заметил, что рука полковника чуть подрагивает. Виталий Петрович отхлебнул приличный глоток, обжегся, невнятно матюгнулся и продолжил:
— И вообще… Результатом твоей работы может стать вывод, что все это сообщество должны разрабатывать не милиционеры, а налоговые службы.
Может такое быть?
— Запросто! — оживился было Штукин, но Ильюхин махнул на него рукой, сиди, мол, слушай:
— Запросто — не запросто, а такой результат — тоже результат. Только выводы сами по себе не рождаются, к ним приходят. Ну и если налоговые службы — так флаг им в руки… Но! У нас ведь есть трупы! Так? Так… И что, мы все знаем? Нет, не все, а очень поверхностно… И значит, какова цель?
Валерка даже головой помотал, чувствуя, что полковник его специально путает.
Подумав, Штукин попробовал сформулировать ответ:
— Если о трупах… Значит, цель — увидеть конкретные действия Юнгерова в отношении Гамерника и действия Гамерника в отношении Юнгерова, зафиксировать все это — и накрыть панамой. Так?
Ильюхин улыбнулся:
— Ну, на это, конечно, трудно рассчитывать, чтоб вот так сразу всех панамой… Такие удачи только в кино и в книжках бывают…
— Тогда в чем же цель? — насупился окончательно сбитый с толку Штукин.
Полковник задумчиво повел головой, отхлебнул еще кофейку и вдруг выдал:"
"— Ты знаешь… теоретически, по гамбургскому счету, наша задача — заставлять Гамерников и Юнгеровых… да, да, и Юнгеровых — вести споры не привычным им способом, через двери лифта, а цивилизованным.
Такая задача в обыденной милицейской работе — утопична, но в нашем конкретном мероприятии — возможна.
Валерка долго молчал и хлопал глазами, потом начал неуверенно переспрашивать:
— Это в том смысле, чтобы Юнгеров на расстрел ответил бы не стрельбой, а какими-то легальными действиями? Чтобы он руками милиции попытался бы Гамерника раздавить? То есть — Гамерник будет стрелять, а Юнгеров…
— А ты уверен, что Гамерник будет только стрелять?
Новый вопрос снова заставил Штукина сбиться с мысли.
Ильюхин смотрел на него серьезно, не улыбаясь даже глазами.
— В каком смысле?
— Да все в том же, в прямом. Такие люди, как Гамерник, опасны тем, что для них хороши все средства — подлые и благородные, легальные и нелегальные.
