В таких местах часто можно услышать: «О! Привет… А ты как здесь?»
Обнорский и Ильюхин именно на таком приеме именно такими вот стандартными возгласами друг друга и поприветствовали. Потом они одновременно разулыбались, а затем Обнорский чуть наклонился к уху полковника и шепнул:
— Выйдем на минутку.
Они вышли к воде (прием проходил в одной из государственных резиденций на Крестовском острове), и журналист таинственно спросил:
— Никого не заметил?
Ильюхин с легким раздражением пожал плечами:
— Сволочи много разной.
Полковник к имениннику относился уважительно, но некоторых из его гостей просто не переваривал, поскольку многое о них знал.
— Злой ты, — лицемерно вздохнул Обнорский. — Это сливки нашего общества… Да, так вот: среди этих сливок барражирует месье Гамерник.
Виталий Петрович с любопытством взглянул на журналиста:
— Да? Интересно… Но — не более чем интересно. Однако Андрей выложил еще не все свои сюрпризы:
— Интересно другое… Товарищ Гамерник прибыл из столицы нашей родины не один, а с приятелем.
Я зацепил краем уха обрывок их разговора — похоже, что этот приятель мент. И такой сурьезный мент, не ниже полковника, судя по понтам и уверенной манере… Помнишь, я говорил тебе о связях Гамерника в центральном аппарате?
— А с чего ты взял, что они приятели?
Обнорский тонко улыбнулся:
— Ну, я же видел, как они общались… Почти интимно.
— Ладно, — нахмурился Виталий Петрович.
— Глянем.
Нахмурился Ильюхин от того, что снова кольнуло его нехорошее предчувствие. И оно не обмануло полковника.
Когда Виталий Петрович нашел среди гостей Гамерника, предчувствие переросло в тоску, потому что «приятелем» оказался тот самый похмельный губоповец, который присутствовал при первом разговоре о необходимости внедрения в структуру Юнгерова. Московский полковник тоже узнал Ильюхина и обрадовался как ребенок. Он вообще пребывал в прекрасном расположении духа, так как до похмелья было еще далеко.
Губоповец полез к Виталию Петровичу обниматься и тут же начал представлять его Гамернику:"
"— Это кореш мой питерский, наш, из уголовного розыска… Как раз нашу задачу общую тут непосредственно решает! Ну, ты понял!
И, подмигнув заговорщицки одновременно Ильюхину и Гамернику, москвич жизнерадостно заржал. Виталию Петровичу стало совсем не смешно.
