Отдельные стоявшие на столике предметы долетели до потолка, а высота потолков в этой квартире составляла четыре метра двадцать сантиметров. Разлитая по четырем рюмкам лимонная водка пролилась на пол липким дождичком.
— На пол, суки! — гаркнул на хорошем драйве Сибиряк. — Лежать! Расфасую так, что в медсанбате не запломбируют! Рогами в пол!
Эти простые и ясные команды начали исполняться, но как-то медленно и неуверенно, без огонька.
Поэтому Крендель выдал одному из этой троицы (по виду — также американцу) мощный пендель, отшвырнувший жертву лбом в буфет.
Буфет выдержал, а американец сполз на пол, перевернулся на спину и в полной прострации начал рассматривать лепнину на потолке.
Двое его собеседников легли на пол, правда, один при этом хмуро буркнул:
— Хотелось бы знать, чем прогневали?
— С какой целью интересуешься? — подскочил к нему Сибиряк, а Крендель гордо выпятил грудь:
— Это налет!
— Мы понимаем, — спокойно откликнулся парень — как-то даже слишком спокойно…
Квартиру Крендель и Сибиряк обшмонали быстро.
Добычи было действительно много: шесть коробок с палехскими шкатулками, несколько упаковок военных натовских рубашек, блоки сигарет, видеокассеты и прочая спекулянтская дребедень. Друзья нашли также картонную упаковку с газовыми баллончиками, один из которых Крендель немедленно захотел опробовать на ком-то из лежавших на полу. Сибиряк еле успел остановить напарника, покрутив пальцем у виска:
— Ты че, рехнулся?! А мы? Мы же тоже надышимся!
— Действительно, — согласился Крендель и шагнул к двум лежащим рядком спекулянтам: — Эй, плесень! Гроши где?!
— А самородок с кулак размером не подойдет? — хмыкнул в ответ тот, кто до сих пор еще не проронил ни слова.
За этот юмор он получил от Сибиряка ногой под ребра. Между тем Крендель шагнул к «отдыхавшему» у буфета фирмачу:
— Ну а ты чего притих, гость города трех революций? Обиделся, что ли? Ой, какой у тебя клифт козырный! Сымай! Днем шубки ваши — ночью наши!
Иностранец безропотно снял с себя понравившуюся налетчику куртку.
Щеки фирмача вздрагивали, казалось, что он вот-вот расплачется. Крендель примерил пришедшуюся впору куртку и обратил внимание на странные гримасы заокеанского гостя:
— Ну до чего вы жадюги! Не жмись ты, у вас там этого говна — на каждом углу…
— Знаю, мать писала! — на чистом русском языке вдруг откликнулся «американец».
Крендель от неожиданности даже рот открыл:
— Так ты… Наш, что ли?
Двое русских спекулянтов оторвали головы от пола с неменьшим удивлением.
