Вручаю коробку, снимаю куртку и сапожки.
— С Днём рождения, Настя? — удивляется Паша.
— Вот что ты за человек такой? — спрашиваю с нотками раздражения. — Я же попросила не открывать…
Снова возвращаю себе торт и прохожу по длинному широкому коридору в направлении кухни.
Квартира у Скорикова просторная и стильная. Ремонт в светлых тонах, минимум мебели. Я рассматриваю обстановку мимолётом, не концентрируясь на мелочах. Но становится очевидно, что Паша живёт здесь один. Если бы была женщина, то уверена, что она придала бы квартире необходимых деталей и красок в виде статуэток, свечей или картин.
Мы попадаем в кухню-студию с барной стойкой и мягким диваном. Атмосфера напряженная, искрящая. Кажется, что ток пробегает по коже и обостряет ощущения.
Ставлю коробку с тортом на стол, достаю из бумажного пакета кондитерский мешок и лопатку. На изделии действительно написано «Настя», но это легко исправить. Достаточно стереть имя неизвестной девушки и с помощью крема написать «Паша».
Я связываю волосы в хвост, тщательно мою руки и приступаю к выполнению задачи.
Скориков тем временем садится на высокий барный стул и неотрывно за мной наблюдает. Подумать только, я приехала поздравлять человека, которого в университете считала мерзким, отвратительным и некрасивым. Теперь же мне льстит его внимание и интерес. И внешность будто бы сглаживается. Я ищу в ней достоинства, а не минусы.
— Так в чём же причина твоего нежелания отмечать День рождения? — спрашиваю, старательно прорисовывая буквы.
— Долго рассказывать.
— Коллективу тоже запрещаешь накрывать на стол и дарить подарки?
— Да. Все давно в курсе и даже не пытаются.
— Боятся.
Скориков кивает и подходит к барной стойке.
— Выпьешь что-нибудь, Влада? — спрашивает он.
— Я за рулём.
— Могу отвезти домой.
— Это лишнее.
— Тогда воспользуемся услугами драйвера. Смелее.
Он так настаивает, что я сдаюсь. Тем более, я и правда хотела бы выпить, чтобы немного расслабиться в новой обстановке.
— Ладно, но максимум один-два бокала.
Подрагивающими от волнения руками, старательно вывожу имя Паши.
Он в этот момент достаёт бутылку шампанского из бара. С глухим хлопком открывает её и наполняет бокалы.
— Готово! — сообщаю о проделанной работе. — Даже не скажешь, что с тортом было что-то не так, правда?
— Правда. Иди ко мне, — просит Скориков.
Бесшумно ступая по тёплому кафельному полу, я обхожу барную стойку и подхожу ближе. Беру бокал, смотрю в пронзительные зелёные глаза. Забронировал целый ресторан, ждал.
