Например, ступени у входа в участковый пункт скрипели и пищали не так, как ступени в жилую часть дома Чебрикова. Здесь звук был с веселым посвистом, а там со старческим кряхтением. Вот опять прокряхтела ступенька, а ей ответила соседняя, ворчливо ахнув.
Гуров спустил ноги с дивана и сразу поджал пальцы ног на ледяном полу. Теперь он услышал металлический звук. Замок? Бросившись к своим брюкам, Лев громко позвал Чебрикова:
– Володя! Быстро вставай! Кто-то пытается проникнуть в твой офис!
– Что? – спросонок не очень уверенно отозвался участковый.
– Что случилось?
– Быстро одевайся! Пистолет не забудь! – рыкнул на него вполголоса Гуров.
От этого возгласа, а больше от упоминания оружия Чебриков проснулся окончательно, рывком отбросил одеяло и сел на кровати.
Через минуту Гуров и участковый были уже на улице. Сыщик особенно внимательно проследил, чтобы лейтенант не наступал на скрипучие ступени. Почти прижимаясь губами к уху своего молодого помощника, он прошептал:
– Обходим дом с двух сторон. Ты справа, я слева.
Держи оружие наготове, но стрелять только в случае крайней необходимости. Понял?
Чебриков кивнул, сглотнул и, пригнувшись, исчез за углом дома. Гуров двинулся обходить дом с другой стороны и только теперь понял, что одновременно ко входу в участковый пункт они не попадут. С этой стороны забор был длиннее, он тянулся почти до соседнего участка и заканчивался буйно разросшимися кустами. Обругав себя последними словами, сыщик подошел к стене дома, откуда начинался забор, и перекинул через него ногу, стараясь действовать максимально бесшумно.
Ограждение было невысоким, но заканчивалось, как это было модно в прошлом веке, заостренными верхушками набитых вертикально досок. Придерживаясь одной рукой за стену, а второй опираясь о забор, Гуров перенес центр тяжести на другую сторону. И уже почти достал ногой до земли, как вдруг почувствовал, что зацепился брюками за что-то. Дурацкая ситуация – повиснуть среди ночи на заборе!
И тут у входа послышались негромкие возгласы, потом глухой удар, звук падения тела и удаляющийся топот ног.
Лев рванулся, с треском раздирая штаны, и оказался по другую сторону забора. Выбежав за угол, он увидел пустую улицу и поднимающегося со ступеней Чебрикова, который стонал, ругался и держался рукой за голову.
– Что с тобой? – кинулся к нему сыщик. – Как ты? Живой?
– Живой, – проворчал участковый, поднимаясь на ноги. – Я даже понять ничего не успел, как он выскочил, по башке меня саданул и исчез. Блин… черепушка трещит.
