Потом поднял руку, прекращая разговоры, и сказал:
— Фил, что они тебе такое пообещали, что ты согласился смотреть на это паскудство?
Главарь сначала не собирался отвечать, но, приняв во внимание настрой своих подчинённых, нехотя произнёс:
— Я же говорил: три цены…
— Можешь остальным мозги парить! — фыркнул Кожа. — Что они тебе ещё посулили? Просто так, из-за денег, ты не связался бы с этой мерзостью. По крайней мере, не за такую сумму!
Филин с угрозой посмотрел на тощего мародёра, но тот выдержал взгляд, чувствуя за собой поддержку остальных бандитов.
И предводителю пришлось уступить.
— Помнишь, пару месяцев назад к нам подваливал один тип? Ещё говорил с таким чудным акцентом.
— Это который гнал про какой-то несуществующий артефакт, искривляющий время? — все так же хмуро уточнил Кожа.
— Да. Ты помнишь, сколько тот тип посулил за него?
— Помню.
— Так вот, артефакт такой существует. Они, — Филин мотнул головой в сторону скрывшихся за деревьями сектантов, — обещали мне его.
— И ты хочешь, чтобы мы в это поверили? — усмехнулся Кожа.
"
"У главаря дёрнулась щека. Он выхватил пистолет и приставил ствол ко лбу тощего. Остальные бандиты даже не успели отреагировать — так и стояли, тупо глядя на обоих.
— Если я прострелю тебе башку, тебе будет проще поверить моим словам? — Филин обвёл подчинённых холодным взглядом. — Мы идём с ними. В конце пути они отдадут артефакт. Сколько он стоит — спросите у него.
Главарь снова посмотрел на Кожу, который не сводил с него глаз, потом убрал оружие, сплюнул в траву и отошёл в сторону.
Ломоть подгрёб к напарнику, почесал шею и спросил:
— И много этот артефакт стоит?
Жнец и Бугай теперь тоже смотрели на тощего мародёра. Кожа поиграл желваками и ответил:
— Хватит, чтобы каждому из нас под завязку набить наличностью рюкзаки и свалить куда-нибудь за бугор.
— Ого! — вскинул брови Ломоть. Потом, сощурив глаза, посмотрел в сторону главаря. — Хм… три цены.
— А ты хотел, чтобы на всех делили? — осадил его Кожа.
— Нет, но…
— Кстати, — Жнец хлопнул коренастого бандита по плечу, — тебе-то нечего забивать под завязку.
— Твою мать! — выругался Ломоть, вспомнив о своём вещмешке, и, бормоча под нос ругательства, направился к месту жертвоприношения.
Замаячивший в ближайшей перспективе солидный куш очень быстро привёл чувства мародёров в порядок.
Оставшись без присмотра охранников, Антон хотел вскочить и броситься прочь, уже не думая ни об опасностях, что таила в себе Зона, ни о смертельных аномалиях, ни о мутантах.
