Пусть и глубоко внутри, но должен же он быть обычным человеком из плоти и крови.
Шарлотта искоса посмотрела на него, пытаясь представить, как маркиз выглядит в минуты отдыха. Как вольготно он устраивается в мягком кожаном кресле, закидывает ноги в сапогах на стол. Сюртук и жилет измяты, манжеты расстегнуты, рукава закатаны до локтей. Он читает газету, время от времени потягивая бренди из бокала. Легкая щетина покрывает этот изысканно вылепленный подбородок, а его густые черные волосы виднеются в…
– Мисс Хайвуд!
Она вздрогнула.
– Да?
Гренвилл наклонился к ней и понизил голос.
– Могу сказать по собственному опыту, что кадрили – хоть иногда и производят впечатление бесконечных – все равно когда-нибудь заканчиваются. Поэтому вам лучше бы вернуться в бальный зал. И мне – тоже.
– Да, разумеется. Вы можете выждать минут десять, а потом пойти за мной. Тогда у меня будет время выдумать причину, чтобы вообще уйти с бала. Может, сошлюсь на головную боль. О, но у нас ведь впереди еще целых две недели! С завтраками все просто.
Джентльмены обычно завтракают рано, а я всегда встаю позже десяти. В течение дня вы, конечно, будете заниматься спортом с сэром Верноном, а я вместе с другими дамами примусь за письма и прогулки по саду. Так можно выиграть несколько дней. Однако завтра состоится ужин… Боюсь, очередь за вами.
– Очередь за мной?
– Сослаться на недомогание. Или придумать какой-нибудь план. Я ведь не могу жаловаться на головную боль каждый вечер, пока мы здесь.
Маркиз подал ей руку, и Шарлотта приняла ее.
Затем он помог девушке подняться, и она оказалась в непосредственной близости от него.
– Вы уверены, что не имеете на меня никаких видов? А то вы уже, судя по всему, принялись составлять мое расписание, словно мы женаты.
Шарлотта рассмеялась.
– Ничего подобного, поверьте мне. Не важно, на что надеется моя мать, я не разделяю ее намерений. Из нас получилась бы кошмарная пара. Я слишком молода для вас.
– Да, вы ясно это обозначили.
– И вы – образец пристойности.
– А вы здесь… И одна.
– Совершенно верно. И мое сердце открыто, а ваше явно…
– …на своем обычном месте.
Шарлотта не исключала, что оно погребено где-то за Полярным кругом.
– И главное, милорд, у нас нет ничего общего. Мы были бы словно два незнакомца, живущие в одном доме.
– Я маркиз. У меня пять домов.
– Но вы ведь поняли, о чем я, – заметила мисс Хайвуд. – Это обернется настоящей катастрофой во всех отношениях.
– Существование, отмеченное скукой и пронизанное страданием.
