Встревоженный до глубины души, не в силах облегчить ее состояния, он проклинал всех и все на свете. К тому времени, когда Эмма почувствовала себя лучше, Эмори твердо решил, что она не должна вставать с постели.
Эмме потребовалось долго убеждать его и спорить, чтобы он позволил ей спуститься в большой зал и встретить гостей. Она полагала, что если б призналась ему в причине своего утреннего нездоровья, он бы так не волновался. Но Эмме не хотелось ничего объяснять.
Конечно, объяснялось это прежде всего ее желанием спать с ним.
Спаси, Господи, ее грешную душу, но ей не хотелось от этого отказываться. Одно дело — радоваться их близости и получать от нее удовольствие, не полагающееся благородной даме, рада будущего наследника. Все знают, что зачатие невозможно без соития. И совсем другое дело — просто наслаждаться их любовью, не думая о суровой необходимости. Она боялась, что муж будет непреклонен и лишит ее на следующие семь месяцев своих объятий и ласк. Вот почему она решила пока держать свою беременность в секрете.
Оттого ей и понадобились травы. Ведь если ее каждое утро будет рвать, Эмори поневоле догадается."
"Найдя Мод на кухне, Эмма объяснила ей, чего хочет. Затем она отправилась в свою комнату взять лук и стрелы. Они понадобились ей не для защиты, — Эмори все равно пошлет с ними охрану, — но теперь, когда муж знал об ее умении обращаться с этим оружием, ей захотелось немножко попрактиковаться.
Войдя в комнату, Эмма подошла к сундуку у изножья постели и стала в нем рыться. Она как раз развернула лук, когда дверь в комнату хлопнула.
Не поднимаясь с колен, она с любопытством посмотрела через плечо, кто вошел, и побледнела как мел.
— Миледи.
Судорожно стиснув в руке лук, Эмма поднялась на ноги и взглянула в глаза женщины. Они светились холодной злобой.
— Значит, ты не утонула?.. Гита подняла бровь:
— Вы удивлены, миледи?
— Я сама выбралась из этого рва. А ты чем хуже?
— Тем не менее вы удивлены! Эмма покачала головой:
— Я удивлена твоему появлению у нас. Я считала, что тебя будет больше волновать вопрос, как жить дальше.
— Жить?! — Гита с горечью выплюнула это слово. — Да я уже давно мертва! Ты все погубила! Ты!
С этими словами она стала медленно надвигаться на Эмму, в руке ее сверкнуло страшное лезвие кинжала. Эмма едва успела отскочить в сторону и бросилась к двери. В этот момент на пороге ее комнаты появился Эмори. Эмма стрелой пролетела мимо него и только в коридоре круто обернулась и выкрикнула предостережение. Но Эмори уже выхватил меч.
