Ниже…
Почувствовала, как расстояние между нами сократилось до критического, мы будто срослись. Так сильно он притянул меня к себе и продолжил движение ладонью.
— Тебе неприятно? — Спросил хрипло и сдвинул ее еще ниже.
Всего на сантиметр, но этого хватило, чтобы разжечь во мне какой-то невероятный пожар.
— Нет, — ответила, чуть не задохнувшись, и посмотрела на него.
Было слишком темно, чтобы можно было рассмотреть выражение лица. Но Артем остановился, заставив меня сделать то же самое. Рука скользнула выше, пробежалась по позвоночнику, откинула мои волосы и оказалась вдруг на щеке.
Я замерла, уже не слыша ничего, кроме стука наших сердец, и будто в замедленной съемке стала наблюдать, как он наклоняется к моим губам. Осторожно, не разрывая контакта глазами, будто спрашивая, можно поцеловать или нет. Готова была уже ответить, встать на цыпочки, прильнуть к нему…
И в этот момент музыка резко оборвалась. Кто-то будто вырубил ее резко, заставив ведущего нервно прокашляться и объявить очередной дурацкий конкурс.
Мы вернулись за столик, выпили немного шампанского, поболтали с соседями, затем я ушла в дамскую комнату. Не самым легким занятием было сделать все положенное в таком шикарном платье. Кое-как справилась и собралась уже выходить, когда услышала девичий хохот у туалета:
— Да это ее сестра! Говорю же, почти никто не узнал ее сразу.
— Не может быть.
— Та очкастая, помнишь? Замухрыга!
— Не завидую я Крыське. Думала, нос ей утерла, а та заявилась с новым женихом.
— И где они их только находят? Таких.
— Нет, этот и в сравнение с ее яйцеголовым не идет. Тут порода — сразу видно!
— Ничего особенного в ней и нет. Да и платье как платье.
— Дура?! Не будь она такой красоткой, Крыська бы хрен шампусик себе на платье пролила! Увидела, и ее чуть кондратий не хватил. Кто ж знал, что за фасадом нудилы и моралистки скрывается такая куколка.
— Пойдем уже, иначе она своего муженька распилит надвое, если ее не отвлечь. Может, кокс кто-нибудь прихватил? Повеселились бы.
И только когда хлопнула дверь, опустила подол платья и вышла. Подошла к раковине и уставилась на свое отражение в зеркале. Новая «я» нравилась мне все больше. Свободная, смелая, открытая. Не позволить ли ей занять мое место хотя бы на один вечер? Пусть оторвется, расслабится, может, ей больше в жизни повезет?
— И сколько вы встречаетесь? — Мило спросила моя сестра, сжимая бокал с шампанским побелевшими пальцами.
Казалось, стекло вот-вот треснет.
