На третьем — ровно такой, каким мне удалось его запомнить прямо перед его «смертью» — с густыми темными усами и взлохмаченными волосами. Разве что глаза выглядели немного печальными. Рядом с ним на фото была Елизавета с букетом и в простеньком белом платье.
— А вот и чай… — женщина замерла на пороге с подносом в руках.
Артем не растерялся:"
"— Простите, увидели тут у вас фотографии… — Взял из моих рук рамку и поставил обратно на полку. — Они очень красивые. У вас отличная семья, поздравляю. И с мужем повезло, такое хорошее начинание, толчок для развития нашему городу.
— Спасибо, — смутившись, произнесла она и поставила поднос с чаем на журнальный столик. — Ему никогда не сиделось на месте, деловой он у меня, башковитый.
— Скажите, сколько ему лет на этом фото? — Не удержалась я.
— Не знаю, — Елизавета неуверенно пожала плечами и бросила взгляд на настенные часы. — Это наша свадьба… двенадцать лет назад…
— А есть более ранние снимки Петра? — Подошла и уселась напротив нее на диван.
Женщина выпрямилась, недоверчиво оглядела обоих.
— Просто у нас возникла такая идея. — Вступил Артем, усаживаясь рядом со мной. — Сделать что-то вроде… — Взмахнул руками, изображая. — Петр в юности… стоит у подножия утеса… задумчивый взгляд, мечты о преобразовании родного края, большие планы… и вот он вырос и смог осуществить то, что дано не каждому мальчишке из небольшого поселка. Как вам?
— Я не знаю… — Елизавета принялась комкать руками край фартука. — У него не осталось таких фотографий… Из детства…
— Почему? — Спросила, не собираясь и притрагиваться к чашке.
— Ну… — Она заметно побледнела. — Рос в детдоме… Сложное детство…
— Так это ведь тоже отличный материал для статьи. — Взглянула на Артема и вернулась к растерянной хозяйке дома. — Надеюсь, он нам расскажет поподробнее, как вернется. Хорошее получится интервью. Скажите, а как вы с ним познакомились?
Елизавета больше не улыбалась. Отрывисто выдохнула и гневно нахмурилась.
— Какое это отношение имеет к статье? Или к тому, чем он занимается? — Развела руками.
— Не совсем понимаю.
Ее пальцы задрожали.
— Мы собираем матери… — начал Гринев, но я положила свою ладонь на его, заставив оборвать фразу на полуслове.
— Петр Кулагин — не тот, за кого выдает себя. — Сказала тихо, не отрывая от нее глаз. Внимательно наблюдала за реакцией. — Настоящее имя этого человека — Николай Астафьевич Комаров. Вы это знали?
Кажется, она вдруг начала задыхаться. Застыла, ловя ртом воздух и теряя над собой всякий контроль.
