— Кивнула, расплываясь в улыбке. — Это мой муж. — Сделала шаг назад, жестом приглашая войти. — Сейчас он вернется из магазина, вы проходите. Подождите его здесь.
— С удовольствием! — Подтолкнул меня внутрь Артем.
— Присаживайтесь, — поправив прическу, женщина указала на диван. — Хотите травяного чая?
— Не откажемся, — улыбнулся мой спутник и сел.
— А вы? — Большие голубые глаза, точно такие же, как у выбежавшего из дома мальчишки, смотрели на меня с недоумением.
Наверное, я выглядела так, словно увидела привидение.
— Буду, спасибо. — Выдохнула, опускаясь на диван. — Как вас?
— Елизавета.
— Спасибо, Елизавета.
Она понимающе улыбнулась и скрылась в соседнем помещении.
Теперь можно было оглядеться. Обстановка чем-то напоминала мне дом простых мексиканцев среднего класса. Окрашенные матовой краской стены, керамическая плитка с орнаментом, зеркала в толстых рамах, много света и зелени, яркие краски в интерьере и пестрый палас на полу. Все такое нарядное, жизнерадостное, светлое.
Сразу вспомнилось, как впечатлен был мой отец после их с мамой поездки в эту страну. Планировал все переставить в доме, сделать ремонт и обновить дизайн. Долго рассказывал про местные обычаи и про то, что у мексиканцев не встретишь обычных домашних кошек. «Они их боятся. Странные, говорят, существа: падают с балконов и, приземляясь на лапы, не разбиваются. Да и вообще, кто их знает, мало ли что. Вот и не принято их дома держать. А проживающие в Мексике русские даже прячут своих домашних котов от местных, не позволяя усатым выходить на балкон»
Потом он громко смеялся, рассказывая, что символов смерти в этой стране, как ни странно, не боятся.
И зрелище, когда ребенок играет игрушечным скелетиком с костями или гробиком, гораздо привычнее, чем игра с домашними животными. А еще, помню, он тогда начал добавлять во все блюда лимон и скупать вербену и шафран, чтобы мама могла ему готовить «совсем как в Мексике». Настолько он был тогда впечатлен их культурой и бытом.
Словно нашел вдруг что-то свое в таком огромном мире.
— Смотри, — шепнул Артем и подхватил меня под локоть, вставая. — Фотографии.
Позади нас на полке, выложенной плиткой с узорчатой вязью, стояло несколько фотографий в деревянных рамках. Подошла и затаила дыхание. Мой отец. Такой, каким я его увидела вчера на фото, — тощий и с бородой. На другом фото — моложе. В куртке и шапке с голубоглазым мальчишкой под руку.
