— Так намного красивее! — усмехнулась девушка, искоса стрельнув на меня острым взглядом.
Красивее?
Пожалуй, в этом она права.
Я внимательно наблюдал за полетом тонкой стрелы с белым оперением, а тревога на сердце с каждой секундой полета усиливалась, начиная довлеть над разумом. В груди подозрительно запекло, даже дыхание перехватило.
— Я снова промазала! — воскликнула Оринис, однако без разочарования, как будто бы даже радуясь чему-то.
Услышав эти слова, я вздрогнул, и необъяснимое волнение наполнило душу, вызывая растерянность.
Бывшая невеста наградила меня пристальным взглядом.
— В этом нет ничего удивительного, леди и джентльмены. Мои братья всегда были против того, чтобы я училась стрельбе из лука. Боялись, что сбегу из крепости. А вы, сэр Брен, очень плохо учили меня. Предпочитали заниматься с детьми нашей крепости. Вот и результат!
Сердце отчего-то замерло, а душа наполнилась такой щемящей тоской, что стало невыносимо. Я хотел ответить что-то резкое и холодное, но в груди запекло ещё сильнее, спазм сжал горло, и я не смог вымолвить ни слова.
— Покажете теперь, как вы стреляете, сэр Илис? — тихо проговорила девушка. — Раньше вы с легкостью попадали в шишку на самой высокой ветке самой древней ели в нашем лесу. Остались ли у вас прежние навыки?
Недоумевая, почему простые слова этой девицы вызывают у меня такие сильные эмоции, злясь на свою реакцию, словно во сне я резко натянул тетиву лука, нашел взглядом цель где-то невероятно высоко, у перистых облаков, и отпустил стрелу, после чего уставился на Келлию Оринис.
Стрела попала в цель.
Шишка с глухим шумом стала падать с еловой ветки.
Раздался восторженный гомон придворных, ведь я попал в самую дальнюю цель, но именно звук падения демоновой обычной шишки отчего-то пробрал меня до дрожи.
— Вы не знаете, есть ли в этом лесу земляника? — вдруг воскликнула Келлия Оринис с какой-то демонической улыбкой на прекрасном лице. — Я обожаю землянику! И сейчас с удовольствием съела бы немного ягод.
Мне нужна всего-то... полная ладошка земляники.
Раздался мелодичный смех девушки, в янтарных глазах засверкало солнце, и мое сердце с такой силой потянулось к Келлии, что я еле устоял на месте.
В груди продолжало печь. Оринис меня бесила, но, несмотря на это, хотелось схватить девушку, закинуть на моего жеребца, сжать в объятиях и скрыться от всех.
— Не знаем, мисс Оринис.
— Возможно и есть.
