Светочка на видео не одна, а со знакомой Снежинкой, беленькой малышкой, с которой в прошлый раз вперлась в проблемы.
Малышка смотрит на нее с упреком и выглядит совершенно трезвой. Это радует, хотя, если белянка сейчас опять провернет фокус вызова джинна, то есть старшего братишки Светочки, то я ее, пожалуй, могу и не дождаться…
В инсте появляется сториз из такси. Девчонки едут по домам.
Ну и отлично. Ждем, значит.
Хорошая вещь — соцсети…
Светочка выходит из такси, теряя по пути сумку, ключи, телефон, все это последовательно подбирая.
Я стою и любуюсь на круглую попку в позе наклона.
Надо поговорить сначала… Надо.
Тут Света в очередной раз роняет ключи, поднимает и пытается открыть дверь. Матерится тихо сквозь зубы. Пьяненькая такая…
Ну… Или не надо говорить… Потом.
Вынимаю ключи из ее пальчиков, Света огладывается на меня, и я застываю. В глазах ее — боль. Такая сильная, что передается мне, усиливает мою.
Я уже не хочу говорить.
А Света, похоже, не хочет на меня смотреть. Потому что молча идет впереди, не думая останавливаться и не оборачивается больше.
Так мы и поднимаемся по лестнице.
Молча, в напряжении.
Возле квартиры я опять применяю навык открытия чужих дверей ключом, Света проходит в прихожую, я иду следом и закрываю замок.
Мы стоим в полной темноте, я вижу только овал ее лица, бледный и словно измученный.
И ее глаза — темными провалами.
Она смотрит на меня, словно ищет что-то в моем лице, ждет чего-то.
А я теряюсь. Весь мой запал, вся наглость куда-то теряются, уходят.
И сейчас, наверно, самое время говорить. Что-то объяснить, что-то пообещать… Просто потому, что надо. Успокоить, уговорить.
Нельзя, чтоб ей было так больно.
Нельзя.
Но, прежде чем я набираюсь храбрости, Света тянется ко мне, кладет холодную ладошку на щеку:
— Это в последний раз, — шепчет она настолько тихо, что я ее не слышу даже. Ощущаю. — В последний. Сейчас мы… И ты потом уйдешь. Пожалуйста. Пожалуйста.
А я, дурак такой, буквально немею от боли в ее голосе. Отчаяния и потери.
Она считает, что я преступник.
Что я — наркоман или связан с наркотиками. Она никогда со мной не будет. Но просто так отпустить… Не может. И я не могу.
И не отпущу.
— Свет…
— Не надо. Пожалуйста. — Прохладные пальцы перемещаются на мои губы, накрывают. — Все, что ты скажешь… Я не хочу думать, правда это, или ложь, понимаешь? Не хочу опять думать… Не хочу переживать… Мне… Мне так больно… Я такая слабая. С тобой.
Я мягко прикусываю подушечки пальцев, и Свету пробивает дрожью.
