У него детей было четверо, всем им он помогал, но на его благосостоянии это никак не сказывалось. У Олега случай был совсем другой, но деньги на свою дочь Алену он давал бывшей жене исправно. Но все это делалось добровольно. От перспективы судебной тяжбы с Игорем у Леры заранее начинали болеть все зубы сразу.
Адвокат оказался маленьким кругленьким мужичком лет пятидесяти. Особого доверия его внешний вид — мешковатые штаны, жеваный галстук и очки, как-то криво сидящие на мясистой переносице, — у Леры не вызвал. Но делать было нечего.
Все пути к возможному отступлению были перекрыты грозным видом маленькой, хрупкой, совершенно не страшной Златы. Огорчать желающую ей добра подругу Лере не хотелось, да и правоту Златы она, скрепя сердце, признавала.
— Ну что же, голубушка, — сказал адвокат, когда она расположилась на стуле напротив него. — Рассказывайте мне, как вы дошли до жизни такой и что намерены получить с вашего бывшего мужа.
— Ничего, кроме алиментов на детей, — честно призналась Лера. — При разводе квартира осталась мне, потому что это жилье моих родителей.
Игорь к нему никакого отношения не имел. Мама у меня много лет живет за городом, поэтому жилищный вопрос перед нами никогда не стоял. Мебель мы тоже не меняли, только телевизоры современные купили, холодильник и прочую бытовую технику. Когда мы расстались, муж забрал один телевизор и посудомоечную машину, все остальное стоит на своих местах.
— Развод прошел цивилизованно?
— В общих чертах, да. — Лера покраснела, вспомнив ежедневные скандалы и выяснения отношений, сопровождавшие ее «цивилизованный» развод.
— А в деталях?
— Мой муж не хотел развода. Он очень заботится о своем имидже, у него довольно высокая должность в крупном банке, и его волновало, что люди начнут говорить, что он оставил жену с двумя детьми.
— Но ведь инициатором развода были вы.
— Это еще хуже. Получается, что я его бросила. Такого успешного, уверенного в себе. В общем, мне пришлось нелегко. Мы договорились, что я не буду подавать на алименты, чтобы на работе не знали.
— Он давал вам деньги?
— Давал. Но не очень регулярно, и каждый раз приходилось просить. Это было так унизительно, что иногда я старалась перекрутиться без его денег, лишь бы лишний раз не звонить. А после того как я снова вышла замуж, он наотрез отказался помогать мне финансово.
— Вы считаете целесообразной какую-то определенную сумму?"
"— Не знаю, — Лера пожала плечами. — По закону на двух детей он должен переводить пятьдесят процентов зарплаты.
