«Еще раз на память пожалуется — внушение сделаю, чтоб не прибеднялся почем зря!» — пришло в голову Павлу, когда он наблюдал, как Серебрянский точными движениями карандаша отмечал на карте места диверсий, проведенных «Странниками».
– Вот, друзья мои, полюбуйтесь на работу настоящих профессионалов! Все четко и, я бы даже сказал, красиво! Здесь, — острие карандаша уперлось в точку чуть севернее Заславля, — они не только провели диверсию, но и проверили реакцию немцев на нее. И заодно заранее заблокировали один из объездных путей.
После чего за пару дней переместились на полсотни километров, что само по себе хорошо, и одним ударом перекрыли важную магистраль. Очень красиво, честное слово. Непонятно только, как им удается так быстро менять место дислокации? Хотя как вариант можно предположить, что на проверочную диверсию они могли и отдельный наряд выделить, а сами все время ближе к чащобам сидели.
Затем ребятки вернулись назад, оставив немцев с носом. — Карандаш заскользил в сторону огромного лесного массива северо-западнее столицы Белоруссии.
— А зачем, спросите вы? А вот за этим! — На стол легла толстая пачка листов из папки. — Им просто нужно было безопасное место, чтобы передать все эти сведения нам после того, как они вышли на контакт и получили связь! Наум, скажи мне, информация интерес представляла?
– Да. Что ни строчка — то находка. О многом ни мы, ни армейцы даже представления не имели. И последующие донесения — тоже. Кое-что знали от «Отто», но это было первое подтверждение.
– А когда они про немецкую «безпеку» стали сообщать? До вот этого большого сообщения или после?
– После.
– Вот! То есть когда они спецкоманду вырезали. И, стало быть, пленными разжились, которые доступ к подобной информации имели. Возможно, тогда же они и немецкие коды могли получить. Если коротко — то хорошая умная группа эти ваши «Странники». А вот кто они, я сказать не могу, уж простите.
– А если это немцы что-то вроде «Треста»[34] с нами крутят? Рейли-то[35] купился тогда, да и не только он, — спросил Эйтингон.
– А какой им смысл с нами в такие игры сейчас играть? Я, конечно, не очень следил за положением на фронтах, — намекнул на свое заключение Яков Исаакович, — но общее представление о ситуации имею. И если в диверсии я в такой обстановке поверить еще могу, то в операцию по дезинформации — нет. Кому она сейчас в Абвере нужна-то? Немец прет так, что наши и на явное изменение обстановки реагировать, как я понимаю, не всегда успевают.
