– Скорее всего, приказал бы убить вас. А что теперь изменилось? Почему вы решили это рассказать?
– Пусть вам не покажется странным или старомодным, но это дело чести, дело возврата долга. Несколько лет назад у моего младшего сына обнаружили онкологическое заболевание. Я врач и сразу же понял, что у нас его не вылечить. Жить сыну оставалось год, от силы два. Положительный результат лечения давала одна частная клиника в Тель-Авиве. У меня таких денег не было, хотя я не бедный человек. Но столько денег, сколько запросили за курс лечения и последующую реабилитацию, мне бы ни один банк в кредит не дал.
Я набрался смелости и попросил у Ралифа взаймы, мол, всю жизнь расплачиваться буду, но сейчас помоги спасти ребенка! В течение трех дней он из личных средств оплатил всю сумму.
Мы помолчали. За окном наступила ночь.
– Сын вылечился, влюбился в ухаживавшую за ним медсестру, женился на ней и теперь живет в Германии. Когда я заикнулся о возврате долга, Ралиф при мне сжег мою расписку и сказал, что мы в расчете.
– Вы что-то сделали для него грандиозное?
– Он считал, что делает это в память о жене, которую я лечил. Хотя, как я вам сказал, ее и лечить-то по большому счету было не от чего. К тому же у него было пристрастие к широким жестам. Так, знаете, по-барски шикануть!
– Вернемся к жене. Она, как вы думаете, знала об отношениях сенатора и Натальи? Я объясню вам, почему спрашиваю. Мать мешала их интимным отношениям…
– И поэтому Наталья отравила ее? – усмехнулся Илья Павлович. – Чепуха! Эльвира прекрасно знала, что между ними происходит.
Александр, посудите сами, я, человек только вхожий в их семью, и то все понял. А она жила вместе с ними под одной крышей и видела их каждый день. И что, она не догадалась? Конечно же, она обо всем знала, но предпочитала закрывать глаза. Ее это устраивало. Как это ни дико и цинично звучит, но она предпочла общепринятой порядочности видимость мира в семье. Да и что она могла сделать? Сказать, что отцу нехорошо заниматься сексом с родной дочерью? А они об этом без нее не знали? Или, может быть, ей надо было уйти от сенатора, развестись с ним? Бросить деньги, квартиру, уют, положение в обществе? И ради чего? Отец и дочь уже переступили грань, отделяющую порядочное от непорядочного, и назад их не воротишь.
В одну реку нельзя войти дважды! И она просто на все плюнула и жила в свое удовольствие.
– А у нее у самой не было любовника?
– Я ничего про это не знаю. По-моему, никого у нее не было.
