Ноги у нее подогнулись, она снова опустилась в кресло:
– Не смейте замешивать в это дело Юхана. Слышите?
Петеру тоже пришлось сесть. В голове у него все крутилось. Даже тревога за брата на секунду отступила. День за днем они разматывали одну ниточку за другой. Все следы вели к Теа Альдрин. Теперь он сидел в ее комнате и думал только о том, как уйти отсюда.
– Я хочу знать только одно. – Сердце билось так отчаянно, что, казалось, стучит о ребра. – Что случилось с Джимми?
– Юхан не имеет никакого отношения к его исчезновению.
– Теа сжала ручку кресла.
– Рассказывайте, что произошло.
Ему следовало бы позвонить Алексу и Фредрике и вызвать их сюда. Сообщить, что великая писательница вовсе не немая. И что ее слабое место – сын, ради которого она, судя по всему, готова на жертвы. Даже рискнуть той защитой, которую давала ей мнимая немота.
Она прокашлялась. В какой-то момент Петеру показалось, что голос опять изменит ей.
Тогда пускай пишет.
– Он случайно услышал разговор, не предназначенный для его ушей.
Петер видел, что она колеблется, тщательно подбирает слова."
"– Послушайте. – Он поднял палец и заметил, что палец дрожит. – Не смейте мне лгать. Предупреждаю. Не делайте этого.
– Я не лгу. – Она покачала головой. – Так все и случилось. Он стоял снаружи у окна. Поначалу мы его не слышали, но потом он вскрикнул, словно его что-то напугало. У нас шел разговор на повышенных тонах.
– У кого – у нас? Кто здесь еще был?
– Я не могу.
– На глаза у нее навернулись слезы. – Простите.
– Можешь, – прошипел Петер, чувствуя, что преимущество снова на его стороне. – Это был твой сын Юхан?
– Нет, вовсе нет. – Глаза у Теа округлились. – Он никогда не бывает здесь. Никогда.
– Тогда кто это был?
Новая затяжная пауза. А затем ответ, от которого у Петера кровь застыла в жилах.
– Морган Аксбергер.
Петер медленно поднялся. Морган Аксбергер. Богатая сволочь. Человек, проходивший по периферии следствия, которого никто не решился называть подозреваемым.
– Что было дальше?
– Не знаю. Я видела только, как Морган увез вашего брата. И больше он со мной не связывался. Простите, простите.
Простить – за что? От волнения в глазах Петера заплясали круги.
– О чем вы говорили, когда Джимми подслушал ваш разговор?
– О прошлом.
Времени не оставалось. На самом деле он хотел бы выслушать всю историю Теа, но в тот момент были дела поважнее. Джимми.
