На этом фоне не было ничего удивительного в том, что Теа подозревали еще и в убийстве собственного сына. Судя по всему, она садистка и психопатка.
Дверь ее комнаты снова распахнулась, влетела та же санитарка.
– Тебе снова прислали цветы. Каждую субботу. Всегда одно и то же.
Размашисто двигаясь, она вынесла вазу со старыми цветами, вернулась уже с новыми. Поставив их возле кровати, повернула букет так, чтобы Теа могла прочесть карточку. Она улыбнулась корявому привету, который тоже оставался неизменным. «Спасибо».
«Не благодари, – подумала Теа.
– Это я в долгу перед тобой, куда большем, чем ты можешь себе представить».
А ведь это было хорошее время – до того, как все рухнуло. В конце пятидесятых вышли ее первые детские книжки. Она была тогда очень молода, но в те времена автор бестселлеров еще мог позволить себе жить тихо и замкнуто. Теа нечасто выступала на публике. Ей нравилось встречаться со своими юными читателями, однако она не могла сказать о себе, что обожает детей. Окружающий мир иначе истолковал причины ее выступлений.
Газеты писали, что она очень застенчива, и это только способствовало ее популярности. Когда книги об ангелочке Дисии пошли на экспорт, критики просто как с цепи сорвались.
Ее книги называли уникальными как по форме, так и по содержанию. Ангелочек Дисия именовалась героиней иного рода, чем те, кого народ привык видеть в детской литературе. Сильная и независимая. Справедливая. На самом деле она значительно опережала свое время. В пятидесятые и шестидесятые женщин, стремившихся к независимости, все еще считали радикально настроенными.
Теа не высказывалась по вопросу о равноправии в публичных дебатах, поэтому журналисты пытались выяснить ее политическую доктрину, анализируя ее книги.
Не обошли вниманием и ее образ жизни. Пока она держала свою судьбу под контролем, немногие статьи писали о ней в пренебрежительной манере. В двадцать пять лет она была незамужней и бездетной. Несколькими годами позднее – матерью-одиночкой. Некоторые осуждали ее, для других она была образцом для подражания.
Многие авторы колонок в разделе «Культура» говорили, что ее уклад типичен для современной женщины.
И только один человек на свете знал всю правду – сама Теа. В действительности она терпеть не могла свою роль матери-одиночки, но у нее не было выбора.
Она отдала любимому все, а он отплатил ей, совершив самое ужасное из всех преступлений."
"Допрос свидетельницы Фредрики Бергман03.05.2009, 08.30(запись на диктофон)Присутствуют: Урбан С., Рогер М.
