Он обязан ревновать и страдать, может даже напиваться в каком-нибудь барушнике, но исключительно в одиночестве, отгоняя от себя баб, потому что они все неверные и не я. А не вот это вот все.
Приговорив первую бутылку, мы начинаем кипеть гневом.
К концу второй меня озаряет.
– Он ее повез к себе. На хатку бобра с траходромом и ковриком для коленок, – чуть заплетающимся языком выдаю я. Видать, сыр – не очень надежная закуска.
– Ну не… – успокаивает меня Анька.
– А зачем по-твоему он ее в ресторан водил?
– Э… – скрипит она, не зная, какой аргумент подобрать.
– Именно!
– А вдруг нет? – морщится Медведева. – Вдруг это была деловая встреча?
– Если он там, то точно ее трахает. И тогда я не знаю, что с ним сделаю…
– Ты не можешь с ним ничего сделать, – кряхтит Алка. – Вы официально не пара.
– Как раз наоборот, – возражаю я. – Именно официально мы пара. И я должна знать, какой он мудак!
– И что ты предлагаешь? – спрашивает Анька, которая за любой кипиш, кроме сверхурочных.
– На дело пойдем.
Глава 48.
Родину надо уважать
– Ну ты и копуша, – шпыняет меня Медведева, вызывая у меня праведное возмущение. Кто бы говорил вообще!
– Я убирала раскрас под панду! – огрызаюсь я.
– Все равно не получилось, – фыркает она, запихивая меня в такси. – А так был бы комуфляж, как у спецназа.
– Иди в жопу! – ругаюсь я. – И собери ноги! Отрастила, блин.
– Шеф, – икает упавшая на переднее сидение Анька. – Трогай…
– Куда трогай, все запотело, – ворчит дедок, уже догадывающийся, что не в добрый час его понесло подколымить.
– Идем по приборам, – отмахивается налоговая инспекция, все-таки открывая окно.
– Так, барышня, – одергивает меня водила, потому что я вылезаю вперед между кресел, чтобы в зеркало заднего вида посмотреть, что там у меня с тушью. Ну ладно. Умеренный пандизм мы назовем «смоки айз». Модно, дешево и сердито.
Я опадаю обратно на сидение.
– Вообще тут недалеко, чего вам было не проветриться, – бубнит таксист. – Очухались бы зато чутка…
– Ой дед, не нуди, а, – отмахивается Алка.
– Дело у нас… Надо Родине помочь, тебе выпало как в кине быть. Сейчас будем следить за особо опасным террористом…
– Во, – Анька достает откуда-то свою ксиву, сует водиле в нос и быстро убирает. Она вообще никому особо не дает разглядывать свое удостоверение. Я первый раз, когда увидела, ржала минут двадцать.
Оказывается, налоговикам на удостоверении надо быть в форме. Да, у них есть форма. Какую выдадут. Щуплой Аньке дали пиджак размера пятидесятого.
