Один ус он во время боя умудрился подпалить, но сейчас было не до бритья. Немцы откатились назад, и повторной атаки можно было ждать с минуты на минуту. И тем более следовало ждать авиационного налета и артиллерийского удара по советским позициям.
Бойцы смотрели на своего командира с удивлением и надеждой. Лейтенант улыбнулся устало.
– Приказано взорвать мост и отходить. – Соколов сдвинул шлемофон со вспотевшего лба.
– Ну и нормально. – Началов сплюнул и потрогал пальцем рассеченную щеку. – Затащить на середину моста все ящики с взрывчаткой и долбануть.
И будет им сначала три подбитых танка, потом дырка от бублика. Хрен они его быстро восстановят!
– Третий танк, который вы сегодня у самого моста подбили, – Блохин кивнул головой в сторону реки, – если из его баков бензин спустить и поджечь?
– Опоры железные, – возразил Соколов. – Чему там гореть. Да и бензин – жидкость текучая. Он быстрее сольется в воду, прежде чем прогорит.
– Разрешите мне сказать? – раздался голос Бабенко. – Прошу прощения, товарищ лейтенант!
Все повернули голову к механику-водителю, который стоял возле гусеницы со своей неизменной доброй улыбкой и вытирал руки ветошью.
Началов смотрел недовольно, Блохин – устало и почти равнодушно. И только старшина Логунов с интересом посмотрел сначала на механика-водителя, потом на своего командира.
– Да, Семен Михайлович, – кивнул Соколов. – Что вы хотите сказать?
– Я, конечно понимаю. – Бабенко стал теребить ветошь в руках. – Опыт у всех большой, но я все-таки инженер.
И пусть по механической, так сказать, части. Но…
– Говорите, Семен Михайлович, – нетерпеливо перебил сержанта Соколов.
– Понимаете, нельзя взрывчатку укладывать на пролет моста. Сколько бы ее ни было, она разрушит только один пролет. А основную нагрузку несет не пролет, а опоры моста. Пролет легко восстановить. Даже за один день – сделать настил из бревен. Можно в три наката, и тогда по нему пройдут даже танки.
– Что вы предлагаете?
– Понимаете, надо разрушать узлы жесткости конструкции.
Тогда восстановить мост будет сложнее. На это уйдут недели, а то и месяцы. Надо закладывать заряды там, где сходятся опорные элементы.
Бабенко, торопливо разровняв носком сапога песок под ногами, стал чертить на нем схему опор моста и показывать, куда, по его мнению, следует закладывать взрывчатку. Танкисты переглянулись. Блохин перестал поглаживать остатки своих усов и с азартом уставился на чертеж.
– Слушай, а ты молодец, инженер! – первым оценил идею Блохин.
