Возраста он был немолодого, но сколько ему, пятьдесят или уже за шестьдесят, Семенов затруднился бы ответить. – Но, если вы желаете, я могу назваться и представить своих спутников.
Семенов отрицательно мотнул головой и судорожно сглотнул.
– Хорошо, – сказал лысый. – Мы зададим вам ряд вопросов, а вы отвечайте на них как можно точнее и правдивее, договорились?
Семенов кивнул, незаметно комкая в кулаке угол простыни. Вот ведь не виноват же, а чувствовал себя так, точно сам украл этот кейс.
– Прежде всего предлагаю вам сделать добровольное признание, чтобы уменьшить тяжесть совершенного вами преступления! – отчеканил лысый, впиваясь в Семенова не двумя, а десятью, как тому показалось, огненными глазами.
– Так это… – забормотал Семенов, вжимаясь плечами в подушку, – я, конечно, готов признаться… Вы только скажите, в чем…
– В том, что с вашей непосредственной помощью совершено хищение особо секретных документов, – простучал железом по темени лысый.
Семенов наконец понял, о чем идет речь. Он приоткрыл рот и, как кролик на удава, беспомощно уставился на лысого.
Понятное дело, он не ждал, что его будут гладить по головке, не маленький. Но чтобы ему вот так категорично предлагали, или даже приказывали, признаться в похищении им документов – такого Семенов и представить не мог.
Четверо напряженно ждали его ответа, и Семенов понял, что ему надо им что-то отвечать. Пересохшее горло выдавило какой-то каркающий звук, отчего Семенов окончательно стушевался.
– Виноват… – кое-как откашлявшись, сказал он.
– Но я никому никакой помощи не оказывал…
– Тогда как вы объясните то, что нападавшие намеренно оставили вас в живых, хотя при подобных нападениях свидетелей всегда убивают? – немедленно перебил его лысый, пригибая большой тяжелый лоб.
– Этого я не знаю… – пробормотал Семенов. – Сам полночи голову ломал, все думал, почему так вышло? Наверно, пусть бы лучше меня застрелили, только чтоб документы остались при мне…
Его до крайности простодушный ответ нисколько не смягчил лысого.
Напротив, он еще злее вцепился в свою беззащитную жертву.
– Наверное, это они вам посоветовали разыгрывать из себя святую невинность? – насмешливо, с оттенком презрения, спросил он.
– Что? – не совсем понял Семенов. – Простите, у меня в голове шумит… Контузия… Врач сказал, через несколько дней пройдет.
– Отлич-чно! – восхитился чему-то лысый и, помолчав пару секунд, вдруг оглушительно рявкнул: – Хватит валять дурака!
Семенов окончательно растерялся.
