Именно вот так вот, с такой искренней нежностью и отчаянием.
Прижимаясь к нему, я ощущаю странные вибрации.
Дрожь.
Он дрожит. Ему страшно!
Но, следуя ледяному имиджу, пытается это скрыть.
— Не понимаю, Карим, с чем ты борешься внутри с-себя? Почему давишь всё тепло в душе? Ты не такой. Я знаю. Я по глазам вижу… Ты другой. Вот здесь.
Еле-еле ослабленную руку поднимаю и на грудь ему кладу, сжимая.
Бам. Бам. Бам.
Дьявольское сердце стучит как механический молоток.
Еще сильней, чем было!
Я брежу. Меня лихорадит.
Поэтому я позволила себе обратиться к мужу на «ты», нарушая правила.
— Печку включи, быстро! — грозно распоряжается охраннику, что сидит впереди, крепче обнимая меня за талию.
Я внимательно смотрю в лицо Карима, а он намеренно отводит глаза в сторону. Боится, что увижу слабость на дне чёрных бездн.
Почему он боится быть слабым?
Поэтому агрессия — это попытка спрятать слабость.
Лучшая защита — нападение.
В голове будто что-то щёлкает.
Я начинаю что-то понимать!
Догадываюсь.
Сейчас почти читаю Асадова как запретную книгу.
А потом признаюсь. Думаю, это его заденет. Несомненно.
— Знаешь, у меня почти не болит. Когда ты рядом. Мне стало легче. Я…
Дёргается.
Лоб мужчины мигом покрывается испариной.
Сильно челюсти сжимает, перебивая.
— Ты бредишь, София, просто бредишь! Лучше п-помолчи…
Он заикается!
Не получается играть роль тирана!
Так я и думала.
Он лишь играет…
Но когда же я наконец узнаю причину его дьявольской натуры?
— Я влюбилась. С первого взгляда.
Тогда ещё, на балу.
Не знаю, зачем я это говорю.
Говорю и плачу.
Потому что это правда!
Я не врала ему о своих чувствах.
Это несправедливо.
Люблю его! Люблю!
Тирана, деспота, мерзавца такого.
И сама не знаю почему!
Думала Мишу любила, но я лишь просто обманывала себя, хотела сбежать, родителям что-то доказать, на зло пыталась это сделать, чтобы бунт показать.
Но с Мишей я никогда не испытала то, что испытала к Кариму.
Виной всему тот яркий поцелуй в день нашего знакомства
Проклятый дьявол меня им словно отравил.
Хочу видеть лицо мужа, его глаза! Но он жмурится. Специально. Ничего не комментирует, лишь сильнее к себе прижимает, железной хваткой, а потом дверь распахивается и нас окружает бригада враче.
Приехали.
Меня укладывают на каталку и быстро куда-то везут — в один из сотни кабинетов огромного медицинского центра. Подвозят к аппарату УЗИ и быстро делают диагностику.
Сейчас мне стало немного легче. Боль отступает.
