Мы сами создаем ее, вокруг него были люди, очарованные этой невероятной цифрой.
– Когда мы сможем увидеться? – уточнил Дронго.
– Когда угодно. Но учтите, что мне нужно будет получить согласие Льва Давидовича на нашу беседу.
– Считайте, что вы ее уже получили. Он дал мне ваши номера телефонов.
– Это я уже понял. Вы позвонили по моему личному телефону. Этот номер не знает никто, кроме Льва Давидовича. Чтобы меня сразу можно было найти. Но я неточно выразился. Мне нужно получить его согласие, чтобы отлучиться с работы.
У нас сегодня в пять вечера будет важное совещание, и я обязан на нем присутствовать.
– В таком случае увидимся вечером, – решил Дронго. – Когда у вас закончится совещание?
– Ближе к семи, я думаю, мы закруглимся.
– В таком случае давайте в восемь, – предложил Дронго. – Встретимся в кафе, недалеко от вашего офиса, – он назвал то самое место, где уже сегодня встречался с Региной.
– Не представляю, где оно находится, но постараюсь найти, – добродушно заметил Арсаев, – я вообще не хожу в такие места.
Может, лучше в ресторане? Скажем в «Ностальжи» или в «Ваниле». Что-нибудь похожее.
– Договорились, – улыбнулся Дронго, – тогда вечером в «Ностальжи».
– Я закажу нам столик, – заверил его Арсаев.
– Только не на свое имя, – напомнил Дронго.
– Понимаю. Разумеется, вы правы. Закажу на другое имя. Сегодня в восемь тридцать. До свидания."
"Дронго положил трубку. Теперь предстояло звонить Погосову. Судя по всему, разговор с ним будет тяжелым. Погосов не просто заместитель начальника службы безопасности, но и человек, который лично ответственен за причинение вреда здоровью Вострякова.
Не говоря уже о том, что он давал клятву Гиппократа как врач. И еще одна тонкость, о которой в приличном обществе стараются не говорить, но о которой все знают и помнят. Погосов был армянином по национальности. Дронго – азербайджанцем. И хотя в московском обществе давно произошло смешение всех национальностей, где за одним столом садились русские и чеченцы, ингуши и осетины, грузины и абхазы, азербайджанцы и армяне, тем не менее подобный факт все-таки подсознательно присутствовал.
И наверняка Погосов уже знает о том, что Дронго начал свое расследование. Он набрал его номер.
– Здравствуйте. Номер вашего мобильного дал мне Лев Давидович. Меня обычно называют Дронго.
– Я слышал про вас, – ответил Погосов.
– Мы должны встретиться.
– Вы можете приехать в наш офис. Тем более если вы проводите расследование, которое поручил вам сам Деменштейн.
